РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ В.В. КАВЕЛЬМАХЕРА

 

Источник: Кавельмахер В.В. О современном состоянии и реставрационных перспективах Успенского собора Троице-Сергиевой Лавры (служебная записка эконому Лавры). Рукопись. 2000 г. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» С.В. Заграевским. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2017 г.

    

В.В. Кавельмахер

О СОВРЕМЕННОМ СОСТОЯНИИ И РЕСТАВРАЦИОННЫХ ПЕРСПЕКТИВАХ

УСПЕНСКОГО СОБОРА ТРОИЦЕ-СЕРГИЕВОЙ ЛАВРЫ

(служебная записка эконому Лавры)

 

Эконому Троице-Сергиевой Лавры о. Георгию

от В.В. Кавельмахера, архитектора-реставратора высшей квалификации

 

СЛУЖЕБНАЯ ЗАПИСКА

 

В связи с предстоящей реставрацией Успенского собора Троице-Сер­гиевой Лавры мною в апреле месяце, совместно с архитекторами Л.Г. По­ляковой и В.Я. Сергиенко, был произведен осмотр внутри и снаружи здания собора с целью выявления имеющихся дефектов и выработки предложений по их исправлению.

В центре нашего внимания было два круга вопросов:

– состояние фундаментов, стен и сводов;

– состояние кровель и фресок.

 

I. Состояние фундаментов, стен и сводов.

Заложенный по инициативе Ивана Грозного в дни строительства Пок­ровского собора на Рву в Москве, грандиозный Успенский собор (1559–1585 гг.) должен был стать новым мартирием для мощей преподобного Сер­гия и быть посвященным Троице. Однако к моменту окончания собора вла­сти от этой идеи отказались, и в соборе в качестве реликвии был постав­лен только пустой гроб преподобного. Успенский собор был задуман как священная копия московского Успенского собора, считавшегося мартирием другого великого русского чудотворца – митрополита Петра. Построенный в 1474–1479 гг. Аристотелем Фиораванти в форме позднеготической «заль­ной церкви» рискованной конструкции, московский Успенский собор к мо­менту закладки монастырского собора находился в аварийном состоянии.

Опасаясь за судьбу последнего, троицкие власти наделили свою реплику кафедрального храма Москвы дополнительным запасом прочности: толщина стен была увеличена в полтора раза (до сажени), своды утолщены вдвое, гурты под барабанами – в полтора раза, проемные связи удвоены, круглые мет­ровые столбы заменены на огромные трехметровые крещатые пилоны, водру­женные на гигантские, достигающие 1/3 подсводного пространства, развитые тумбы-постаменты, как в московском Архангельском соборе-усыпальнице (сейчас постаменты стесаны). Перед западным фасадом собора, почти во всю его ширину, вперевязку со стеной была возведена огромная, в виде своеобразного нартекса, сводчатая паперть – самая большая на Руси после Святых Сеней Грановитой палаты. В отличие от московского собора, собор в Троице-Сергиевом монастыре был сложен целиком из кирпича. Белокамен­ный декор также был повсеместно заменен кирпичным. Фундамент был уширен, грунт уплотнен сваями. Кроме того, новый собор был на сажень по­нижен по сравнению с московским, что должно было придать ему большую устойчивость. Собор был сложен с великим тщанием. Всего этого должно было хватить на столетия.

В середине XVIII в. собор получил огромного выноса новые вальмовые кров­ли по железным кованым стропилам, с обширными сухими чердаками, и новые металлические луковицы. В том же XVIII в. по неизвестным причинам была сломана подпиравшая соборную стену западная паперть. Возможно, причиною было состояние фундаментов, близость Святого колодца. Тогда же, как считают, в связи с засыпкою монастырского пруда «на ключах» начался (или усилился имевший место ранее) подсос стенами грунтовых вод.

К 30-м гг. XIX в. соборный подиум по всему периметру собора был раз­ломан с последующей перелицовкой «пирамидальным» белым камнем из монастырского рва. От двухъярусного белокаменного профильного цоколя был сохранен только верхний ряд. Как глубоко при этом была выбрана стена древнего подиума, без вскрытия кладки установить невозможно, но отслаи­вание вышележащей кирпичной стенной облицовки продолжается и по сей день в угрожающих эстетике здания масштабах. При сломе западной паперти был подрублен и северо-западный угол, покрытый сегодня свежими трещинами.

Гибель подиума (чем бы она ни была вызвана) была единст­венной серьезной проблемой Успенского собора до конца XIX в. Наблюдаемые сегодня в соборе волосяные трещины в перемычках над оконными и дверными проемами (вплоть до барабанов) – постоянные спутники зда­ний монолитной конструкции. Это связано с выгниванием с течением времени грунтовых свай, лежней под фундаментами, и внутристенных осадоч­ных связей (в том числе вертикальных, в углах зданий) и не может пред­ставлять в кирпичных зданиях серьезной опасности. И наоборот, причина гибели большинства древнерусских белокаменных построек с бутом и внутри стен – как раз в утрате ими деревянного внутреннего каркаса. Разумеется, в этом вопросе инженеры и архитекторы обязаны быть начеку.

К сожалению, в 80-ые гг. XIX в. власти совершили серьезную ошибку, решившись на создание крипты в подиуме западной половины собора. Результаты не заставили себя ждать: собор треснул по центральному нефу от западной стены до большого алтаря (здесь трещина «затихает»), «двину­лась» западная пара столбов, треснули своды некоторых компартиментов, прежде всего северо-западного. В опасности оказалась и западная па­ра столбов большого барабана. По непроверенным данным, лопнули связи между юго-западным и северо-западным столбами.

Спешный ремонт 1909 г. исправил положение. Основные деформации пре­кратились. Вечным напоминанием о трагедии остается постоянно раскрываю­щаяся трещина в центральном прясле западного фасада (вверху), где не­давно выпало несколько кирпичей из выветрившейся кладки архивольта.

Эта трещина, в отличие от трещин в облицовке северо-западного угла, существует на памяти автора настоящей записки уже 50 лет. Движение пот­ревоженных конструкций, несомненно, продолжается в неопасных для жизни памятника масштабах.

В процессе противоаварийного ремонта 1909 г. все внимание архитекторов было отдано подкупольным столбам и большому барабану: на чердаке собора от столба к столбу подкупольного квадрата были перекинуты кир­пичные арки на портландцементе, поверх которых вокруг барабана было замоноличено пирамидальной конструкции обкладное кольцо, и даже устроены диагональные упирающиеся в малые барабаны контрфорсы, – все из мел­кого кирпича на портландцементе, необыкновенной крепости. Барабан и столбы были, таким образом, намертво «схвачены».

В настоящее время вызывает некоторое беспокойство только состояние северо-западного угла собора. Причиною имеющихся здесь вертикальных трещин может быть или деформация фундаментов, в которую мы не очень верим, или имевшее место после разлома паперти поднутрение угла и стены, «отход» облицовки. Если причиною окажется состояние фундаментов, это покажут шурфы и организованный за трещинами мониторинг. Тогда нас ждет обще­принятое сегодня бетонирование этой части фундаментов. (Но только этой части! Оценивая описанную в этой части программы ситуацию, автор записки должен сознаться, что он испытывает естественный страх перед радикальными реставрационными решениями. Он считает любое вмешательство в жизнь памятника непредсказуемым злом. В практикуемом в последние годы цементировании фундаментов есть что-то неадекватное. Автор является принципиальным противником закачивания в фундаменты древних зданий со сложной строительной историей жидкого цемента и считает, что прибегать к этому безусловно варварскому методу можно только в крайнем случае).

С укреплением фундаментов Успенского собора следует проявить мак­симум осторожности.

Необходима срезка грунта вокруг собора глубиной до метра.

Чтобы оценить состояние некогда треснувших сводов и произвести их чеканку, необходимо очистить чердаки собора от керамзита и му­сора. Снизу из собора своды  прикрыты растрескавшимися фресками, и ка­ким образом инъектировать сквозь них раствор, неизвестно. Придется, видимо, поднимать кровлю.

Возможно, что ситуация возле северо-западного угла и есть тот самый случай. Организованный мониторинг по наблюдению за углом это покажет.

Вместе с тем автор сознает, что Успенский собор не может считаться зданием со сложной строительной историей. Здесь может пострадать только археология святого места. Автор много лет занимался исследованиями памятников Московского Кремля и был свидетелем того, как в процессе «объемозатрат­ной» и «материалозатратной» реставрации (советский термин) многие зда­ния были искалечены и заменены новоделами без сколько-нибудь серьезной причины, по решению рядовых технологов, не терпящих никаких «ветхостей» в правительственной «цитадели».

 

II. Состояние кровель. Состояние фресок.

Настоящей бедой Успенского собора является не состояние его несущих и несомых конструкций, а состояние фресок. Великолепные вальмовые кровли по металлическим стропилам и обрешетке были в 1960-е гг. заменены реставраторами на древнего типа позакомарное покрытие по де­ревянным журавцам с бетонными водометами в ендовах – по эскизным рисун­кам В.И. Балдина. Отказ от испытанных временем «некрасивых» вальмовых кровель с огромными сухими чердаками ради «возвращения памятникам древнего вида» – наша коллективная ошибка. Новые медные кровли были сде­ланы без настоящего доступа на чердак, без слуховых окон, без достаточного количества люков, без трапов и ограждений, необходимых для очист­ки кровель от снега. А главное – без вторых посводных защитных кровель, как на всех без исключения соборах Московского Кремля, собора Покрова на Рву в Москве и т.д. И, если вспомнить дорево­люционные времена, – без пропайки швов!

В результате кладка в парусах и пятах гуртов возле барабанов при весеннем таянии снега намокает, кра­сочный слой на фресках внутри собора облетает, сквозь левкас повсемест­но проявляется «негатив» кирпичной кладки. Сравнение сегодняшнего сос­тояния фресок с фотофиксацией 60-х гг. показывает, что потери красоч­ного слоя за последние годы – огромные. Однако растрескавшийся за три­ста лет существования левкас нигде не падает! Это означает, что треснувшие некогда своды стабилизировались и разговоры о якобы аварийном состоянии собора сильно преувеличены (если, конечно, часть сводов не перебиралась в 1909 г. Надо смотреть отчеты).

Успенский собор, подобно большинству отреставрированных за послед­ние десятилетия памятников, не имеет водосточных труб. Вода выбрасыва­ется через пришедшие в ветхость бетонные водометы и падает на отмост­ку с огромной высоты. Цоколи зеленеют, ветер прижимает падающую воду к стенам, побелка слезает. Было бы лучше устроить водосточные тру­бы, как в Московском Успенском соборе.

Своды в 1960-ые гг. были покрыты керамзитом.

Трудно сказать, как исправить положение. Вторые кровли, хотя бы в ендовах, устраивать, конечно, придется. Нынешние кровли придется и перестелить, и пропаять. Восстановить достойный выход на чердак и на кровлю с древней внутристенной лестницы из алтарей на северной стороне собора. По всем кровлям, как в Кремле, устроить ограждения и трапы. А в доступных человеку чердачных пространствах по утеплителю – вторые кровли с выпусками. Частичная перестилка кровель с потерей металла неизбежна. При установке водометов ли, труб ли, – все ендовы придется подымать, медь обрезать и т.п.

Собор подтапливается, и вокруг него целесообразно устроить дренажный канал.

Большая луковичная глава Успенского собора, создающая его непопра­вимый облик, – замечательный памятник железоделательного искусства XVIII в. Это – настоящая диковина: «плетеная» корзинка на вантах. Она без труда может быть спасена посредством укрепления изнутри металлического кар­каса дополнительной стойкой с раскосами, заделанными в железобетонное кольцо по обрезу барабана. Проектные предложения уже существуют. Стойка по всей высоте должна быть снабжена жесткими фиксирующими дисками, закрепляющими существующие журавцы с обрешеткою в их сегодняшнем «мятом» живописном состоянии.

Причина тяжелого состояния луковицы связана с утратой скобок из тонкого железа, крепящих медную обшивку к железным журавцам. Железо всюду от соприкосновения с медью «сгорело». Оторвавшаяся от лукович­ной корзины многотонная склепанная между собой обшивка «мокнет» и, спол­зая, рвет верхние заклепки. Сквозь образовавшееся решето сверху льет дождь. Свод барабана не имеет защитной кровли. Фреска Вседержителя намокает.

Все это надо устроить. При латании продранных листов и вообще сви­щей не обойтись без пайки.

 

Таковы некоторые итоги нашего осмотра.

Главный вывод: фрески Успенского собора бедствуют по причине от­сутствия вторых защитных сводов. Самым лучшим было бы покрыть все своды и купола второй раз – посводно, по утеплителю. Для этого по закомарам и в ендовах придется подымать существующую кровлю. Чердачное простран­ство здесь практически отсутствует. Такая работа потребует перекройки и перестилки всей кровли с добавлением новой меди, обрезанием старых краев.

Лавре необходимо иметь контрольную фотофиксацию всей соборной живопи­си.

 

1 мая 2001 г.

В. Кавельмахер

 

 

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский