РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ В.В. КАВЕЛЬМАХЕРА

 

Источник Кавельмахер В.В. Об окнах-розетках церкви Введения на Подоле в г. Загорске. Рукопись. Начало 1970-х гг. Позднее частично опубликовано в кн.: Реставрация и исследования памятников культуры. Вып. 2. М., 1982. С. 219222. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» С.В. Заграевским. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2017 г.

    

В.В. Кавельмахер

ОБ ОКНАХ-РОЗЕТКАХ ЦЕРКВИ ВВЕДЕНИЯ НА ПОДОЛЕ В Г. ЗАГОРСКЕ

 

Весной 1970 г. во время земляных работ на территории «Нижнего» или «Подольного» монастыря под стенами Троице-Сергиевой лавры, возле юго-восточного угла Введенской церкви был найден обломок белокаменного оконного обрамления сложной формы – круглой в сторону интерьера и вытянутой – наружу. В свету и на фасаде обрамление имело силуэт и форму чуть вытянутой розетки. Обломок розетки был обнаружен забученным в основание древнего контрфорса.

К сожалению, рисунок розетки не может быть реконструирован с абсолютной достоверностью: найденный фрагмент содержит только два целых лепестка, два других – едва намечены. Однако вытянутый характер розетки заставляет предполагать, что она имела килевидное завершение.

Найденная розетка необычна. По некоторым признакам, главным образом технологическим, ее следует отнести к раннемосковскому типу. Прежде всего, она вырезана целиком из одного камня, причем резали ее с двух сторон. Прорезь розетки носит импровизированный характер – она образована глубокой цветочной чашей, изнутри прорезанной полусферой. У прорези острые, слегка волнистые края, четверть отсутствует. Благодаря такой «скульптурной» манере исполнения рисунок розетки мог быть с большой тонкостью вписан в композицию фасада. Найденный обломок, например, определенно ориентирован по вертикали.

Описанные приемы восходят к архаической технике каменной кладки, когда отдельные узлы здания еще не собирались из стандартных элементов, а или вырезались из целых блоков, или шли в кладку в виде заготовок и затем дорезывались на месте. До нас дошли 4 оконных розетки, выполненных в такой технике: две – в Московском кремле в церкви Рождества Богородицы, и две – в Звенигороде в Успенском соборе на Городке. Найденная при церкви Введения розетка – пятая.

Вместе с тем Введенская розетка решительно отличается от раннемосковских розеток XIV в. Московские и звенигородские розетки, строго говоря, не окна, а «оконца». Все они имеют «точечную» прорезь. Три из них устроены для освещения внутристенных лестниц, и только одна – на хорах Успенского собора – по своему положению на фасаде может условно именоваться «окном». Однако, и она, в действительности, всего только щелевидная прорезь, украшенная с фасада шестилепестковой розеткой-раструбом. Между тем Введенская розетка – совершенное круглое окно во вкусе XVI в. Ее прорезь в общих чертах реконструируется довольно точно: в ней было около 45 см. Окно с такой прорезью вполне могло освещать сам храм.

Другой особенностью Введенской розетки, отличающей ее от архаических розеток, является ее принадлежность кирпичному зданию. Как позволяет судить найденный фрагмент, Введенская розетка была вырезана в белокаменной плите стандартного размера (21–23 см). плита имела форму неправильного многогранника, причем края ее оставались необработанными, т.к. они должны были закладываться кладкой. Нет сомнения, что перед нами типичное обрамление-вставка.

Таким образом, Введенская розетка уникальна: она совмещает в себе черты круглого окна XVI в. с признаками розеточных прорезных оконцев московской белокаменной архитектуры XIV в. Поскольку строительство из кирпича началось в Москве только в середине XV в., розетка, подобная Введенской, не могла появиться раньше этого времени. В то же время среди многочисленных храмов XVI в. с круглыми окнами окно в виде цельной белокаменной вставки, насколько мы знаем, также не встречено. Эти особенности позволяют относить Введенскую розетку к промежуточному типу.

Церковь Введения, близ фундаментов которой найдена розетка, – соборный храм Подольного монастыря – была построена в 1547 г. Уже в XVI в. она пришла в катастрофическое состояние: фундаменты храма, заложенные на луговой террасе речки Кончуры, не выдержали его тяжести. Храм лопнул в многочисленных местах в вертикальном направлении. Польско-литовская осада довершила его разрушение: глава и часть сводов упали. Обновление храма и второе его освящение произошло в 1621 году.

Первоочередной задачей строителей 1621 года было выведение храма из аварийного состояния. С этой целью все верхи храма (остатки сводов и закомары) были ими разобраны и переложены на новой отметке, а юго-восточный, падающий, участок стены, два южных прясла, вся апсида дьяконника и больше половины центральной апсиды были обложены сплошным контрфорсом, скрывшим под собою целиком южный портал и два алтарных окна. При возведении контрфорса строители предприняли попытку «перевязать» его с кладкою стены, поэтому в местах примыкания контрфорса стены храма поднутрялись на глубину облицовки (т.е. в полкирпича). Этот контрфорс не дошел до нашего времени. Он был разобран за ненадобностью после очередной реконструкции храма в 1740 г., в результате которой состояние храма впервые стабилизировалось. После разборки контрфорса, на протяжении более чем 200 лет, вплоть до реставрации 1970 г., на месте двух южных прясел и алтарных полукружий оставался сплошной глубокий шрам под грубой обмазкой.

Снятый со стен церкви большемерный кирпич был уложен в основание контрфорса, находящееся теперь глубоко в земле. В нем, среди половняка, и лежал обломок оконной розетки.

Столь глубокая реконструкция храма не могла не коснуться системы его освещения. Даже в том случае, если два алтарных окна не были заложены наглухо и для них в кладке контрфорса были оставлены прорези, количество света в алтарях, и прежде всего, в дьяконнике, где помещался изолированный от церкви Константино-Еленинский придел должно было резко уменьшиться. Именно вследствие этого была предпринята единственная в том году на храме переделка окна верхнего света – расположенного в восточном прясле южной стены и освещавшего этот придел сверху.

Это окно хорошо сохранилось со стороны интерьера. До своей переделки оно представляло собой    близкий к квадрату проем в стене, выложенный без рассвета, с распалубкой в виде маленького сводика. Ширина проема – 80 см, высота до шелыги сводика – чуть больше 85 см, что вызвано, отчасти, арочной формой перемычки. В принципе, этот проем устраивался, видимо, квадратным. Высота боковых стенок до пят сводика – шесть рядов кирпича. Подоконник проема был горизонтальный, как и все первоначальные подоконники храма. В 1621 г. подоконник был опущен на 5 рядов кирпича, а в интерьере вырублен слив. К этому, помимо удаления наружного обрамления (о чем см. ниже в тексте), и свелись переделки окна в 1621 г.

Следует отметить, что сооружаемый контрфорс подходил практически под самый подоконник этого окна, не угрожая ему при этом разрушением, в то время как соседнее большое окно в центральном прясле контрфорс резал наполовину. Однако строители все же пошли на реконструкцию придельного окна и тем самым на его разрушение, хотя для этого им пришлось сделать специальную прорезь в вершине контрфорса. (Все эти подробности хорошо видны и поныне: при разборке контрфорса его верхушка в виде белокаменного «зуба», с целью равномерного распределения давления из белокаменных плит, была оставлена в стене).

На расстоянии 50–51 см от наружного края этого окна под новой четвертью просматривается срубленная древняя четверть. Кладка новой четверти сделана с отступом в 6 см от древней. Где кончалась древняя четверть, определить без специального зондирования невозможно. Однако у нас есть все основания считать, что в древности это окно было устроено иначе, чем теперь.

Сейчас, строго говоря, это окно Константино-Еленинского придела не имеет четверти, вернее, тот простой наружный арочный проем, который мы сегодня видим на фасаде, и четверть – одно и то же. Для древнерусского церковного окна такое устройство является беспрецедентным упрощением. Церковное окно обязательно требовало если не наличника, то любого типа обрамления, хотя бы в виде простой ниши.

Кроме того, нынешняя «четверть-обрамление» слишком широка – в ней 45 см, в то время как все подлинные четверти Введенской церкви сделаны «в кирпич» (30 см). Если мы зададимся такой же унифицированной четвертью для данного окна, то у нас останется еще 20 см для более адекватного решения его экстерьера. Отметим сразу же, что 20 см – размер некратный кирпичу.

Выше было сказано, что кладка новой четверти сделана с небольшим (6 см) отступом от старой. Это уничтожение старой четверти с последующим возведением на ее месте новой могло быть вызвано только желанием распространить ее наружу до конца оконного проема. Необходимость последнего, в свою очередь, могла возникнуть только при утрате того, что мы называем оконным обрамлением.

Чем могла быть вызвана потеря оконного обрамления? Ведь переделка окна носила откровенно утилитарный характер – окно всего только прибавляли в свету. Например, вполне можно было не уничтожать обрамление, достаточно было просто растесать его и опустить подоконник. Однако древнее оконное обрамление, по всей видимости, обладало спецификой, препятствующей такому с ним манипулированию. Это могло быть только в том случае, если материалом его был белый камень, а форма слишком сложна и своеобразна.

Справедливость этого предположения находит себе подтверждение в бессистемности древней кладки 1547 г., которая подходит почти к самой арочной перемычке 1621 г., не оставляя, тем самым, места даже для самого скромного кирпичного наличника.

Принимая во внимание все вышесказанное, мы приходим к выводу, что южное окно Константино-Еленинского придела имело в древности снаружи, вероятнее всего, белокаменную вставку-обрамление.

Остается определить форму этого обрамления.

Уже сам приближающийся к квадрату сохранившийся стенной проем южного окна Константино-Еленинского придела указывает на единственно возможное решение его наружного обрамления: южное окно этого придела Введенской церкви могло быть только круглым. В этом нам должен помочь убедиться обширный материал по круглым окнам, имеющийся в нашем распоряжении: почти все выдающиеся памятники рубежа XVXVI вв. и всего последующего столетия имели круглые окна. В их числе Архангельский собор, церковь Иоанна Лествичника (Иван Великий), церковь Вознесения в Коломенском, церковь Иоанна Предтечи в Дьякове, храм Василия Блаженного, церковь Преображения в Острове, церковь в Кушалине и многие другие. Все круглые окна в этих храмах устроены по сходному принципу: в интерьере это близкий к квадрату проем, перекрытый сводом, затем – оконная четверть с арочной перемычкой, и, наконец, наружное обрамление с круглой прорезью и, чаще всего, роскошным наличником. Модификацией такого круглого окна и является найденная под стенами Введенской церкви белокаменная розетка. Ее принадлежность южному окну Константино-Еленинского придела более чем вероятна.

Круглое окно Константино-Еленинского придела было не единственным на Введенском храме. Аналогичные окна имелись, по всей видимости, еще и на западном фасаде церкви – в южном и северном пряслах. Эти окна были растесаны в XVIII в. почти без остатка, однако на южном окне по характеру обнажившейся после уничтожения облицовочных рядов кладки можно ясно прочесть линию древнего горизонтального подоконника, так же, как и уровень пяты перекрывающего проем сводика. Они те же, что и в окне Константино-Еленинского придела: от подоконника до пяты ровно шесть рядов кирпича, т.е. 60 см. На месте северного окна хорошо сохранился отпечаток сводика и несколько обломков кирпичей самого сводика, лежавших когда-то на четверти.

Особенно веским доказательством того, что на западном фасаде были такие же круглые окна с белокаменным обрамлением, следует считать то, что со стороны фасада оба нынешние окна прорублены в регулярной лицевой кладке стены, непосредственно за которой уже реконструируются стенки внутреннего проема. В этих условиях для устройства окна любого типа из арсенала известных форм XVI в. не остается места. Возникновение окна-прорези в духе ныне существующего окна Константино-Еленинского придела в результате переделок или ремонта совершенно исключается. Такое окно – очевидная случайность, его устройство – внеархитектурно (с точки зрения храмовой архитектуры). Поэтому на сегодня единственным реальным вариантом остается белокаменное обрамление заподлицо со стеной – как раз того конструктивного типа, о котором говорит найденный возле южной стены Введенской церкви обломок.

Выше мы отмечали архаичность Введенской розетки и указывали на ее промежуточное положение в ряду подобных форм. На основании ряда признаков возникновение ее как типа отнесено нами ко второй половине XV в. В XVI в. ничего ей подобного мы уже не находим, несмотря на то, что это столетие – признанное время расцвета круглых окон. Таким образом, появление такой розетки на храме в 1547 г. – явный анахронизм.

Каким же образом розетка XV в. могла оказаться на храме середины XVI в.?

Ответ на этот вопрос мы найдем в истории построения Введенской церкви. Общепризнанным фактом является несамостоятельный, переводной характер этого храма. Введенская церковь сделана переводом с Духовской церкви Троице-Сергиевого монастыря (1476 г.) К Духовской церкви восходит весь ее необычный декор. На Духовской же церкви мы должны, по всей видимости, искать и прототипы ее уникальных круглых окон с розеточным обрамлением.

Непосредственно проблеме тождества двух названных храмов, в ходе разработки которой у нас будет возможность ответить на этот вопрос, мы предполагаем посвятить нашу следующую работу. (Насколько известно редактору, эта работа так и не была написана, но графическая реконструкция первоначального вида Духовской церкви, сделанная с учетом исследований Введенской церкви, была В.В. Кавельмахером разработана и приведена в настоящей статье – С.З.)

 

ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

 

Окно-розетка Введенской церкви. Черновая графическая реконструкция В.В. Кавельмахера.

 

 

Духовская церковь. Реконструкция первоначального вида.

 

 

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их цитированием в целях обеспечения сохранности и доступности научной информации, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский