РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

Источник: Кучкин В.А Первые каменные постройки в кремлевском Чудовом монастыре. В кн.: Материалы и исследования ГММК. Вып. 3. М., 1980. С. 5-11. Все права сохранены.

Сканирование и форматирование материала произведено С.В.Заграевским. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2008 г.

 

 

 

В.А. Кучкин

Первые каменные постройки в кремлевском Чудовом монастыре

 

В 1365 году в северо-восточной части Московского Кремля митро­политом Алексеем была заложена каменная церковь Чуда архангела Михаила в Хонях1. В тот год на Руси свирепствовало «моровое повет­рие», и возможно, что митрополит Алексей поставил новую церковь по какому-то обету. Иногда полагают, что ей предшествовал деревянный храм2, однако данных для такого заключения нет. По-видимому, сразу был возведен каменный собор. Церковь была «почата и кончана и священа» в одно лето3. Это свидетельство летописца показывает, что в XIV веке соборный храм основанного в этом месте Чудова монастыря был весьма скромным по своим размерам.

Долгое время Михайловский собор являлся единственным каменным зданием среди построек Чудова монастыря. Лишь позднее, в XV веке, к церкви Чуда Михаила был пристроен каменный Благовещенский при­дел, а на территории монастыря были выстроены каменные трапезная палата и погреба. Правда, некоторые исследователи древнерусского зод­чества считают, что указанные постройки в Чудовом монастыре были возведены одновременно с собором в честь Михаила архангела, то есть в 1365 году4. При этом обычно ссылаются на текст Жития митрополита Алексея, составленного Пахомием Сербом. Там действительно говорится о том, что митрополит Алексей «приделъ въздвигъ во имя пречистыа владычица нашеа богородица честнаго ея Благовещениа и ту себе гробъ заложи своима рукама въ приделе честнаго Благовещениа»5. Следу­ет, однако, иметь в виду, что Пахомий Логофет написал Житие Алексея в начале 1459 года, через 80 с лишним лет после смерти митрополита6.

В предисловии к Житию Пахомий признавался, что не видел митрополита, но много был наслышан о нем «от великыих и достоверных мужь», «прочаа же и достоверниишаа навыкъ» от писания Питирима, сначала чудовского архимандрита, а позднее пермского епископа7. С некоторыми рассказами о митрополите Алексее Пахомий познакомился еще в конце 30-х —начале 40-х годов XV века, когда в Троице-Сергиевом монастыре работал над Житием Сергия Радонежского8. Кое-какие сведения он мог получить от родственников Алексея, видных московских бояр Плещеевых. Но сомнительно, чтобы в 1459 году Пахомий смог воспользоваться воспоминаниями современников митрополита, близко его знав­ших. Что касается сочинения Питирима о митрополите Алексее, на которое ссылался Пахомий, то оно, очевидно, представляло собой отдельные наброски, главным образом богослужебного характера, и сообщало мало сведений из биографии Алексея9. Устные же припоминания об Алексее, которыми пришлось воспользоваться ученому сербу, были крайне смутны, вследствие чего исторические сведения о первом митрополите из московских бояр у Пахомия скудны и противоречивы 10. Поэтому можно сомневаться в точности пахомиевского известия о построении Благовещенского придела и захоронении там Алексея.

Другим источником, косвенно свидетельствующим о том, что при­дел Благовещения был построен при митрополите Алексее, являются летописи. Так, Воскресенская летопись под 1378 годом сообщает, что Алексея похоронили «въ созданней ему церкви близъ святаго олтаря на десной стране, въ храме Благовещениа святыя Богородица»11. Статью 1378 года Воскресенской летописи о митрополите Алексее В. О. Ключев­ский считал сочинением Питирима, которое упоминал Логофет12. Одна­ко происхождение названной статьи в Воскресенской летописи иное. Она полностью повторяет статью о митрополите Алексее в своде 1479 года, продолженном до конца XV века13. Следовательно, в Воскресенскую летопись статья 1378 года попала из свода 1479 года14. В свою очередь текст статьи о митрополите Алексее свода 1479 года обнаруживает яв­ные признаки сходства с сильно сокращенной статьей 1378 года Ермо­линской летописи15. Свод 1479 года и Ермолинская летопись имели об­щий летописный источник, составленный примерно в 60-х годах XV ве­ка16. К этому памятнику, написанному уже после смерти Питирима (он был убит вогуличами в 1455 г.)17, и восходит рассказ о митрополите Алексее Воскресенской летописи, Московского свода 1479 года и Ермо­линской летописи. Во всех этих источниках упомянута церковь Благо­вещения (придел церкви Чуда Михаила) как место погребения митро­полита Алексея. Таким образом, церковь Благовещения фигурирует в источниках весьма поздних: Житии Алексея Пахомия Логофета 1459 го­ла и летописном своде 60-х годов XV века, причем можно предполагать влияние на этот свод пахомиевского сочинения о русском митрополите18.

Более древним источником, по сравнению с упомянутыми выше, яв­ляется статья о митрополите Алексее Симеоновской летописи19. Сопо­ставление этой статьи со статьями 1378 года Воскресенской летописи, Московского свода 1479 года и Ермолинской летописи показывает, что она лежала в основе соответствующей статьи свода 60-х годов XV века. Судя по выпискам Н. М. Карамзина из Троицкой летописи, статья об Алексее в Симеоновской летописи повторяла соответствующую статью Троицкой20. Можно утверждать, что Троицкая летопись представляла собой свод 1409 года, переписанный после 1416 года21. Следовательно, сообщения о митрополите Алексее в Симеоновской летописи нужно воз­водить к своду 1409 года.

В отличие от пахомиевского Жития Алексея и статьи о нем в своде 60-х годов XV века Симеоновская летопись передает иную версию о смерти и погребении митрополита: «Егда же преставляшеся, заповеда князю великому, не повеле положити себе в церкви, но внеуду церкви за олтаремъ, тамо указа место и ту повеле положити ся конечнаго ради и последняго смирениа. Князь же великий никако же не сътвори сего, не въсхоте положити его кроме церкви таковаго господина честна святителя, но въ церкви близъ олтаря положиша его съ многою честию»22. Из приведенных слов явствует, что митрополит Алексей выражал же­лание быть захороненным вне церкви. Это совершенно расходится с утверждением Пахомия о том, что Алексей сам изготовил свой гроб в при­деле Благовещения, где и завещал похоронить себя. Из двух противоречащих свидетельств предпочтение нужно отдать первому, как более древнему23. Сообщение Пахомия, вероятно, было составлено под влия­нием устной традиции, подобным образом объяснявшей нахождение гро­ба митрополита Алексея в Благовещенском приделе Чудовского собора в более позднее время. Если умолчание составителя свода 1409 года о приделе Благовещения в Чудовом монастыре расценивать как свидетель­ство отсутствия в его время указанной постройки, то строительство ка­менной Благовещенской церкви следует отнести ко времени после 1409 года.

Сведения о каменной трапезнице и каменных погребах в Чудовом монастыре есть в уже упоминавшейся летописной статье 1378 года Мос­ковского свода 1479 года: «И устрой (митрополит Алексей. — В. К.) ту общий монастырь и постави в немъ трапезницю велию камену и погребы камены, еже есть и доныне»24. Эта фраза является переделкой соответ­ствующей фразы Симеоновской летописи: «...обеща же тому монастырю быт общему житию, еже есть и до сего дни»25. Первое из процитированных сообщений восходит к своду 60-х годов XV века, второе — к своду 1409 года. Очевидно, что сводчик 1409 года ничего не знал о ка­менных погребах и трапезнице в Чудовом монастыре, а составителю сво­да 60-х годов XV века они были хорошо известны. Пахомий Логофет в 1459 году также упоминает о каменной трапезной в основанном митро­политом Алексеем монастыре. По его словам, Алексей здесь «тряпезу камену поставивъ»26. О погребах Пахомий ничего не говорит. Следовательно, каменная трапезная палата в Чудовом монастыре была по­строена где-то между 1409 и 1459 годами, а каменные погреба — в конце 1459 — начале 60-х годов XV столетия.

Указания на каменное строительство в Чудовом монастыре в первой половине XV века содержатся и в статье об обретении и перенесении мо­щей митрополита Алексея, принадлежащей перу того же Пахомия Ло­гофета, и в каноне на обретение мощей Алексея, написанном п ермским епископом Питиримом.

По словам Пахомия, церковь, где стоял гроб митрополита Алексея, рухнула. Это случилось при великом князе Василии Васильевиче и мит­рополите Фотии27, то есть между 26 марта 1425 года, когда Василий Ва­сильевич стал великим князем, и 2 июля 1431 года, когда умер Фотий28. Пахомий не говорит точно, какая церковь обвалилась: собор ли Чуда Михаила, придел ли Благовещения или тот и другой вместе. Лишь в позднейшей литературной традиции — «Степенной книге» — есть свиде­тельство о том, что обрушился собор Чудова монастыря29. Возможно, что это свидетельство соответствует действительности30. К строительству новой церкви вместо павшей приступили еще при жизни Фотия31, но когда это строительство закончилось, Пахомий не сообщает. После воз­ведения новой церкви гроб митрополита Алексея и был поставлен в деле Благовещения32.

Любопытные сведения о разрушившейся церкви содержатся в ка­ноне, написанном Питиримом. По его словам, гроб Алексея, «егда распадеся церкви, скрушенъ от многаго камения въ триехъ»33, а «образы святыхъ иконъ внезапу обретошася на верхъ камения, яко же бысть руками положены, и царьския двери ничем же не врежени, ни праху не имеюще...»34. Из последнего текста явствует, что стены церкви упали на­ружу. При каком великом князе или митрополите это произошло, Питирим не пишет. Он говорит только, что мощи Алексея были обретены на шестидесятый год после его смерти, то есть в 1437 году. Расчет Питирима расходится с указанием Пахомия на обретение мощей Алексея при Фотии, следовательно, до 2 июля 1431 года. Но это расхождение, по-видимому, мнимое. Канон Питирима помещен в службе на обретение и перенесение мощей Алексея. 1437 год надо рассматривать, скорее всего, как дату перенесения мощей митрополита в новую церковь. В этом слу­чае новая церковь была закончена строительством до 20 мая 1437 года, когда перенесли мощи Алексея, а начата она была до 2 июля 1431 года. Таким образом, 30-е годы XV века были временем возведения нового каменного здания в Чудовом монастыре.

Судя по летописным известиям, каменная церковь в честь митропо­лита Алексея в Чудовом монастыре была впервые заложена архиман­дритом этого монастыря Геннадием Гонзовым в 1483 году. Одновремен­но с церковью Алексея приступили к строительству новой монастырской каменной трапезницы35. Когда было закончено строительство церкви митрополита Алексея, точно не известно36. Но следует иметь в виду, что эта церковь не была первой каменной церковью, посвященной основате­лю Чудова монастыря.

В одной из переделок Пахомиева Жития митрополита Алексея со­хранился любопытный рассказ о строительстве каменной церкви мит­рополита Алексея в более раннее время. Это важное свидетельство сле­дует привести полностью: «По претечении же лет князь великыи Иван Васильевич в той же обители архистратига Михаила честнаго его чю-деси повеле воздвигнути црьковь камену во имя иже во святых отца на­шего Алексея митраполита близ трапезы, иже и даныне сияет, яко же солнце. Советам дрьжавнаго государя великаго князя Ивана Василье­вича Геронтие митраполит со всим священым саборам приидоша во церьковь честнаго Благовещения и восприимъше пречестную раку с мощьми чюдотворьца Алексиа и пренесоша ю в новую церковь, юже князь великы воздвиже во имя святого Алексеия, месяца мая 20. Князь же великыи Иван Васильевич со своею братьею князем Георгием и Ан­дреем. Борисам же и Андреем и со своим сыномъ великим княземъ Ива­ном Ивановичем, даже и со прочими своими детьми взяше свеща и идоше пред чюдотворною ракою святителя Алексея в новую церьковь, такожде и велможа его, князи и боляри, спроста ре/щи/37 епископи, ирхиморити38, священици и дьякони, иноци и бельци, мужие и жен/ы/ ж39 и всенародное множество с кандилы и свещами со псалмы и песньми проводиша мощи великаго святителя чюдотворца Алексея и поставиша я в новемь его храме, иде же бо и доныне стоит чюдотворная его рака, сияет паче солнца, озаряюще весь мир своими чюдесы»40.

В приведенном тексте одновременно упомянуты митрополит Геронтий и князь Андрей Васильевич Меньшой, младший брат Ивана III. Пер­вый был поставлен на митрополичью кафедру 4 июля 1473 года41, вто­рой умер 5 июля 1481 года42. Следовательно, первая каменная церковь митрополита Алексея в Чудовом монастыре была возведена между 4 июля 1473 года и 5 июля 1481 года. Дату можно уточнить. В тексте чудовского сборника указывается, что церковь Алексея была поставлена «близ трапезы». Но трапезная палата Чудова монастыря сгорела ночью 16 февраля 1477 года43, почему в 1483 году архимандриту Геннадию и пришлось закладывать новую. Поэтому период построения церкви Але­ксея нужно ограничить временем с 4 июля 1473 года до 16 февраля 1477 года. Перенесение мощей митрополита Алексея из Благовещенско­го придела в новую церковь его имени произошло 20 мая. Это могло случиться в 1474, 1475 или 1476 году. События 20 мая 1474 года очень подробно изложены в летописи. В этот день обрушился строившийся Ус­пенский собор44. О перенесении мощей митрополита Алексея в тот день ничего не говорится. Вероятно, перенесение произошло 20 мая 1475 или 1476 года, что и будет временем окончания постройки первой каменной церкви митрополита Алексея в Чудовом монастыре. Церковь Алексея, видимо, сильно пострадала от пожара 16 февраля 1477 года, когда сго­рела соседняя с церковью трапезница, а может быть, и в более ранний большой кремлевский пожар, осенью 1476 года45. Поэтому в 1483 году Геннадий Гонзов вынужден был заложить новую каменную церковь ми­трополита Алексея.

Рассматривая историю каменного строительства в кремлевском Чу­довом монастыре, можно было убедиться в том, что, за исключением со­борного храма, все остальные каменные постройки появляются здесь пре­имущественно в середине — второй половине XV века. Это, конечно, не случайно. Последний период — время интенсивного каменного строи­тельства в Московском Кремле. И возведение хозяйственных и культо­вых каменных зданий в Чудовом монастыре — один из примеров такого строительства, отразившего общий экономический и культурный подъ­ем Москвы в XV веке.

____________________________________________________________________

1 ПСРЛ, т. 18. Спб., 1913, с. 103.

2 Павлинов А. М. История русской архитектуры. М., 1894, с. 137; Красовский М. В. Очерк истории московского периода древнерусского церковного зодчест­ва (от основания Москвы до конца первой четверти XVIII века). М., 1911, с. 11; Во­ронин Н. Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XIIXV веков, т. 2. М., 1962 с. 181.

3 ПСРЛ, т. 18, с. 103; т. 15, вып. 1. Пг., 1922, стб. 79.

4 История русского искусства, т. 3. М.,  1955, с. 58  (погреба  не указаны); Воронин Н.Н. Зодчество  Северо-Восточной Руси XIIXV веков, т. 2, с. 181—182.   

5 Кучкин В.А. Из литературного наследия Пахомия Серба. — В кн.:  Источ­ники и историография  славянского средневековья. М., 1967,  с. 249, л. 126 об — 127 (старшая редакция Жития митрополита Алексея).

6 Дата сохранилась лишь в единственном списке  II   (по классификации  автора статьи) редакции Жития Алексея Пахомия Логофета (ГИМ, Синод., № 556, л. 140 об.).

7 Кучкин   В.А.   Из литературного Наследия Пахомия Серба, с. 246, л.  119 об.

8 В Житии Сергия Радонежского, составленном Пахомием, встречаются отдельные сведения об Алексее (см.: Древние Жития преп. Сергия Радонежского. М., 1892, с. 39—40, 62—63 (паг. 2-я).

9 По словам Пахомия, Питирим «нечто мало о святомь списа и канонъ тому въ хвалу изложи, слышавъ известно о его житии, паче же и от самех чюдесъ, бываю­щих от ракы богоноснаго отца, прочая же не поспе...» (см.: Кучкин В. А. Из ли­тературного наследия Пахомия Серба, с. 246, л. 120). Следы творчества Питирима в текстах различных редакций Жития митрополита Алексея обнаружить не удалось, но в тексте службы на обретение мощей Алексея имеется указание на Питирима, как на автора канона (см.: ГБЛ, ф. 304, л. 399 об.). Можно думать также, что Питирим записал некоторые «чудеса», случившиеся у гроба митрополита, которые впоследствии обработал и включил в свое Житие Алексея Пахомий Серб.

10 Ключевский В. О. Древнерусские жития святых как исторический источ­ник. М., 1871, с. 137-140.

11 ПСРЛ, т. 8. Спб., 1859, с. 28.

12 Ключевский В. О. Древнерусские жития святых как исторический источ­ник, с. 135 и примеч. 2.

13 ПСРЛ, т. 25. М.—Л., 1949, с. 194—196.

14 Шахматов А. А. О так называемой Ростовской летописи. — ЧОИДР. Кн. 1. М., 1904, с. 24, 44.

15 ПСРЛ, т. 23. Спб., 1910, с. 121.

16 Насонов А. Н. История русского летописания XI — начала XVIII века. М., 1969, с. 273; Кучкин В. А. Повести о Михаиле Тверском. М., 1974, с. 99.

17 ПСРЛ, т. 25, с. 273.

18 Как показал А. Н. Насонов, в свод 60-х гг. XV в. было, например, включено сочинение Пахомия Логофета о смерти Батыя в Уграх (см.: Насонов А. Н. Исто­рия русского летописания XI—начала XVIII века, с. 272).

19 ПСРЛ, т. 18, с. 119—121.

20 Приселков М. Д. Троицкая летопись. Реконструкция текста. М. — Л., 1950, с. 404—407.

21 См. ст. «Троицкая летопись» в Советской исторической энциклопедии (т. 14. М., 1973, с. 451).

22 ПСРЛ, т. 18, с. 121. Текст, приведенный на той же странице, несколько выше процитированного места, показывает, что под церковью, где первоначально был захоронен митрополит Алексей, разумелась церковь Михаила, а не Благовещения: «Поставилъ же есть и церковь камену во имя святого архангела Михаила... обеща же тому монастырю быти общему житию... но и самого себе въ томъ монастыри повеле положити преставльшася, иде же есть и доныне гробъ его, входя въ церковь одесную олтаря». Последняя фраза о «повелении» Алексея — скорее всего, позднейшее литера­турное добавление. Тот же текст читался в Троицкой летописи (см.: Карам­зин Н. М. История государства Российского, т. 5. Спб., 1842, примеч. 55).

23 Это сообщение Симеоновской (Троицкой) летописи о погребении митрополита Алексея в церкви Архангела Михаила подкрепляется одним свидетельством приведен­ного Пахомием рассказа об исцелении трехлетнего младенца Дмитрия. В рассказе говорилось о том, как заболевшего Дмитрия принесли ко гробу Алексея. В церкви в то время совершалась литургия. После ее окончания «йзъшедшимъ братиамъ изъ церкве архистратига Михаила въ тряпезу ясти, того же отрока оставляше у ракы свя­того Алексиа» (см.: Кучкин В. А. Из литературного наследия Пахомия Серба, с. 252. л. 134). Очевидно, что гроб Алексея одно время действительно стоял в собор­ном храме.

24 ПСРЛ, т. 25, с. 195.

25 ПСРЛ, т. 18, с. 121.

26 Кучкин В. А. Из литературного наследия Пахомия Серба, с. 249, л. 127.

27 Там же, с. 251, л. 131.

28 ПСРЛ, т. 25, с. 246, 248.

29 ПСРЛ, т. 21, ч. 2. Спб., 1913, с. 365. Этот текст вошел в редакцию Жития Алексея начала XVII в., изданную под названием (ошибочным): Житие митрополита всея Руси св. Алексия, составленное Пахомием Логофетом. Спб., 1877—1878. Из последнего издания Н. Н. Воронин заимствовал данные для характеристики каменного строительства в Чудовом  монастыре в 30-х  гг. XV  в.  (см.: Воронин Н. Н.   Зод­чество Северо-Восточной Руси XIIXV веков, т. 2, с. 181—182).

30 Если сообщение «Степенной книги» о разрушении собора Чудова монастыря принять можно, то указание того же источника на малый размер нового храма по сравнению с основанным в XIV в. сомнительно. Пахомий, например, вновь построенную церковь называл «зело прекрасной» (см.: Кучкин В.А. Из литературного на­следия Пахомия Серба, с. 247, л. 123). Едва ли так можно было писать о незначительной церкви.

31 Кучкин В. А.   Из литературного наследия Пахомия Серба, с. 251, л.  131 об.

32 Там же, с. 251, л. 133.

33 ГБЛ, ф. 113, № 634, л. 163; ф. 304, № 313, л. 401 об.; на л. 399 указание, что канон писал Питирим.

34 Там же, л. 160 об.; там же, л. 403 об., с некоторой переделкой

35 ПСРЛ, т. 25, с. 330.

36 О постройке церкви Алексея в Чудовом монастыре в 1483 г. см.: История русского искусства, т. 3, с. 508, примеч. 1. Однако 1483 г.— это дата закладки церк­ви, но не окончания ее строительства.

37 В рукописи «ре»; исправлено по смыслу.

38 Так в рукописи.

39 В рукописи «женж»; исправлено по смыслу.

40 ГИМ, Чудов., № 62/264, л. 386—386 об., список середины -XVI в Характер­но, что запись о строительстве в Чудовом монастыре, не известном по другим источникам, сократилась в местной чудовской рукописи.

41 ПСРЛ, т. 25, с. 301.

42 Там же, с. 329.

43 Там же, с. 309.

44 Там же, с. 302.

45 Там же, с. 304.

 

 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский