РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

 

Источник: Маслов Ю.В. Малоизвестный памятник архитектуры Москвы XVIIXVIII веков. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» автором. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2010 г.

 

 

 

Ю.В. Маслов

МАЛОИЗВЕСТНЫЙ ПАМЯТНИК АРХИТЕКТУРЫ МОСКВЫ

XVIIXVIII ВЕКОВ

 

История храма Успения Богородицы в Путинках, «что на Посольском дворе» в Москве, (Успенский пер., д. 6), крайне скудно освещена в исторических исследованиях по архитектуре Москвы (1), детальное обследование памятника никогда не производилось, даже в период его реставрации в 1994 и 1996 годах. Все справочники сходятся лишь в том, что храм был выстроен в 1670-х годах и получил новую колокольню в сер. XVIII века. Общий вид памятника после реставрации представлен на рис.1.

 

 

 РИС.1

 

В процессе двухлетних реставрационных работ были полностью воссозданы верхние ряды кокошников, пятиглавие и апсида четверика, главка и окна придела, частично восстановлен профильный декор колокольни, порталы и окна храма и трапезной. Поскольку автору довелось принимать непосредственное участие в реставрации храма Успения в Путинках, то он смог обнаружить интересные следы и детали кладки памятника, позволившие внести коррективы в определение даты его постройки.

Начнём с четверика. Он представляет собой сильно вытянутый по меридиану прямоугольник, имеет несколько приземистые пропорции и перекрыт лотковым сводом. Интересной особенностью памятника можно считать совпадение кокошников окон четверика с кривой центральных кокошников первого яруса.

 

 

 РИС. 2

 

Кладка выполнена из большемерного кирпича ( 30 х 14 х 7,5 см) без клейм, по крайней мере первые «орлёные» клейма начального периода (1645–сер. 1660-х гг.) встречаются лишь на уровне карниза, в т.ч. на профильных кирпичах. При снятии поздней кровли в процессе реставрации были обнаружены разрушенные основания пяти глав (рис. 2). Здесь были сделаны интересные находки внутри центрального и сев.- зап. оснований барабанов. В кладке и строительном мусоре обнаружено несколько фрагментов кирпичей с обмазкой, в том числе в форме «кораблика» для выкладки тупых углов и кирпич с профилем «каблучок» с остротёсанным торцом (применявшихся при кладке щепцового декора). Для восстановленных глав эти профили не подходят, если бы они были от разобранной шатровой колокольни, то лежали бы снаружи в мусоре, а не в кладке. Остаётся предположить, что найденные кирпичи относились к более раннему архитектурному завершению храма, скорее всего - к ШАТРОВОМУ. На это указывают некоторые особенности в архитектуре памятника.

 Вытянутый с юга на север четверик – характерная черта многих московских храмов, тех, что имеют (или имели) двух- или трехшатровое завершение. Это и стоящая неподалёку церковь Рождества Богородицы в Путинках (1649–1652 гг.), Ильи Пророка на Воронцовом Поле (1653 г.), Козьмы и Демьяна в Старых Панех (1636 г.), Николы в Клённиках (1650 г.), Троицы в Серебряниках (1651 г.). Ныне утраченная церковь Воскресения Христова в Гончарах (1649 г.) несла три шатра и по компоновке напоминала Рождественский храм в Путинках. Те же храмы, что при вытянутом четверике завершаются (или завершались) пятиглавием, были скорее всего перестроены в угоду новым церковным правилам, введённым патриархом Никоном в 1653 году, касавшихся запрета возведения шатров на храмах и переходе к «освящённому» пятиглавию.

Видимо, поэтому многие церкви Москвы начала 1650-х гг., строившиеся под шатры, в процессе завершения работ были увенчаны пятиглавием (Георгия на Псковской горе, Харитония в Огородниках, Рождества в Столешниках, Николы в Звонарях, Иоанна Предтечи в Старой Конюшенной и др.), хотя расстановка глав на вытянутом четверике смотрится не совсем гармонично.

Самым ранним примером трёхшатрового завершения храма можно считать Дивную церковь в Угличе (1628 г.) или, скорее, храм Одигитрии в Вязьме (1636 г.). Таким образом, эпоха строительства многошатровых каменных храмов продолжалась около 25 лет до 1653 года. С конца 1650-х и нач. 1660-х годов начинается изменение формы четверика, он приобретает кубические объёмы, ярусы кокошников ( играющих роль аркбутанов для свода) и пять глав на вытянутых барабанах. Учитывая эту закономерность, можно предположить более раннюю дату постройки четверика Успенской церкви, возможно – до 1653 года.

 При реставрации трапезной обнаружилось, что её стены сложены с минимальной перевязкой с четвериком и западные проёмы храма протёсаны в массиве кладки. Были раскрыты следы опирания восточных столбов первоначальной колокольни на западную стену трапезной и остатки тамбура с арочным проёмом, встроенным в существующую колокольню. На тычках необмазанных кирпичей в проёме внутристенной лестницы имеются «орлёные» клейма 2-го периода (1660-е–1681 гг.). Интересные следы были найдены при фрагментарном восстановлении угловых колонок четверика. Выяснилось, что первоначально здесь были прямоугольные пилястры и колонки вставлены на их место при позднейшей перестройке. Особенно чётко это прослеживалось на сев.-зап. углу четверика, где базы колонок были протёсаны в первоначальной кладке ( перевязка угла шла через четвёрку), а тыльная часть кладки грубо стёсана и перевязана с колонками лишь там, где совпадала порядовка.

 Апсида храма Успения расположена асимметрично продольной оси, смещена к югу, и между нею и сев.-вост. углом четверика имеется расстояние примерно в 2,5 м. Здесь на восточной стене помещена белокаменная доска с надписью (рис. 3) следующего содержания : «В лето 7152 (1644) октября во 2-й день преставися раб Божий Иван Андреевич Карчмин да братия ево родные Филип да Кондрат преставились в розных годех, да во 180 году ( 1672) января в 30-й день преставися раб Божий Дмитрей Иванович Карчмин, а погребены лежат все против сей подписи».

 

 

 РИС. 3

 

Располагалась ли доска на этом месте изначально – сказать трудно. На плане храма 1806 года здесь показан придел, примыкавший к ц. апсиде и закрывавший часть сев. стены до портала. Возможно, что доска находилась на апсиде или стене этого придела и лишь потом (после сноса последнего) помещена на теперешнее место. Здесь могла быть и паперть с каменным крыльцом (пяты срубленных арок находятся по обе стороны от сев. портала), аналогичная паперти церкви Николы на Берсеньевке. Придел этот имел шатровое завершение, что видно на акварельном рисунке пер. пол. XIX в. (2). Хотя он грешит многими неточностями, но в том месте, где должен находиться придел, показан шатровый верх (хотя и напоминающий шатёр колокольни). Других храмов в том месте быть не могло, и поэтому этот шатёр может относиться только к сев.-вост. приделу Успенского храма.

Что касается содержания самой надписи, то однозначно можно утверждать, что храм здесь (скорее каменный) существовал уже в 1644 году. Ведь род Корчминых (буква «а» в фамилии – скорее результат московского «аканья») был, видимо, довольно почитаем (недаром в тексте Иван и Дмитрий упомянуты с «-вичем»), Василий Дмитриевич Корчмин (ок. 1671–1731) – известный инженер и фортификатор петровского времени, его дед и дядья – люди весьма состоятельные. Вряд ли все четверо упомянутых (если принять вариант расположения могил у апсиды придела по линии восток-запад) могли быть погребены у стен деревянного храма, ведь при возведении каменного здания можно было потревожить погребения котлованом, да и леса ставить на захоронения как-то непочтительно. Поэтому весьма вероятно, что изначально эти погребения находились у каменного храма, у сев.-вост. придела, а самая ранняя дата смерти – 1644 год (в справочниках год смерти Ивана Корчмина указан неверно – 1643) – может предположительно считаться датой окончания постройки первого каменного храма Успения.

На это косвенно указывают и довольно скромные по отделке порталы, тогда как в 50-е–70-е годы XVII века декор их значительно усложняется (ц. Николы в Пыжах, Троицы в Листах, Козьмы и Демьяна в Садовниках, Владимира в Старых Садех и др.) Возможно, что ктиторами строительства были члены рода Корчминых.

 Примыкающий к северной стене трапезной придел св. Николая обычно датируется концом XVII века. Но здесь в заблуждение вводит кладка нижних ( примерно до середины окон ) участков стен, выполненная из большемерного кирпича, и низкий глухой (если не считать единственного заложенного окна на зап. грани) четверик. Всё это, якобы, носит черты «московского» барокко (1). Но при реставрационных работах удалось установить, что большемеры в нижних частях стен преимущественно вторичного использования, с известковой обмазкой одной или двух сторон, в забутовке много профильных кирпичей (валиков, «каблучков», выкружек). Выше кладка выполнена из кирпичей размером 7х13х28 см с безрамочным тычковым клеймом «ПS», что позволяет датировать придел 2-й–3-й четв. XVIII века.

Видимо, сооружение придела шло одновременно с возведением новой колокольни, которая также датируется примерно этим же временем. Материал же от старой колокольни частично пошёл на стены придела и забутовку. Сама колокольня выложена довольно некачественным материалом (часто встречаются недожжённые, перекалённые и кривые кирпичи), плохо разбита в плане, и её кладка отличается низким качеством. Многие профильные и декоративные элементы выполнены грубо, с налётом дилетантизма (в северной арке нижнего яруса, к примеру, количество полочек в пятах разнится с их количеством в замке, граненые нишки на ярусе звона имеют ломаные и смятые очертания, раскреповки пилястровых капителей часто не совпадают по профилю).

Всё это, на взгляд автора, – печальные последствия указа Петра I от 1714 года о запрете каменного строительства по всей России, кроме Петербурга. Указ полностью отменили только в 1730 году, и полтора десятилетия запрета пагубно сказались на качестве подготовки строительных кадров.

Кстати, колокольня Успенского храма не имела штукатурки и была лишь выкрашена охрой по толстому слою обмазки, все профили на фасаде тёсаны из кирпича. Эти обстоятельства сужает её датировку примерно 1730–1750 гг. ( к этому времени можно отнести и северный придел), т.к. штукатурка на зданиях появляется лишь с 50-х гг. XVIII века.

 В заключение хотелось бы провести сравнительный анализ двух храмов, стоящих недалеко друг от друга, – Успения и Рождества в Путинках. Оба храма очень похожи: четверики одинаково вытянуты по оси север-юг, к сев. стене трапезной примыкает придел, портальные архивольты сложены одинаковыми профилями, на сев. и южн. фасадах по одному окну верхнего света. При этом Рождественский храм имеет проработанный и богатый кирпичный декор и более вытянутый вверх четверик, чем храм Успения.

Из этого можно сделать вывод, что последний послужил прототипом для первого, на постройку и декор которого в 1649–1652 гг. была затрачена огромная сумма в 800 рублей (большемерный кирпич стоил в то время 0,5 копейки, на стройматериалы ушло максимум рублей 300–350). Таким образом, датировка храма Успения в Путинках началом 40-х годов XVII века, по мнению автора, вполне обоснована, если к тому же принять во внимание год смерти Ивана Корчмина (1644) и его погребение у апсиды сев.-вост. придела. Четверик храма имел, скорее всего, трёхшатровое завершение.

Возможно, что в период с 1672 года (смерть Дмитрия Корчмина) до 1681 храм основательно перестраивался. Шатры заменили пятиглавием, угловые пилястры четверика - тройными колонками, пристроили трапезную и частично опиравшуюся на её зап. стену шатровую колокольню (судя по кирпичным клеймам, примерно в это же время возвели и колокольню храма Рождества Богородицы в Путинках). Последняя перестройка произошла в 1730 – 1750 г.г., когда возвели новую колокольню и сев. придел св. Николая. В приходе храма Успения состояли члены фамилии Корчминых, давшей России несколько известных деятелей XVII XVIII веков.

 

Использованные источники :

1. Памятники архитектуры Москвы, Земляной город. М.: «Искусство», 1989. Стр. 180.

2. Древнерусское градостроительство XXV веков. М.: Стройиздат, 1993. Стр. 229.

 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский