РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

 

Источник: Носкова А.Г. Шатровые храмы Заонежья XVII–XVIII вв. Особенности архитектурных решений // Деревянное зодчество. Вып. III. Новые материалы и открытия. М. – СПб., 2013. С. 130-155. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» автором. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2016 г. 

 

 

А.Г. Носкова

ШАТРОВЫЕ ХРАМЫ ЗАОНЕЖЬЯ XVII–XVIII ВВ.

ОСОБЕННОСТИ АРХИТЕКТУРНЫХ РЕШЕНИЙ

 

Заонежье – полуостров на севере Онежского озера с прилегающими островами. Его называют «заповедным полуостровом», хранилищем сокровищ народного искусства. В. П. Орфинский писал о «Заонежском феномене» – формировании на периферии Российской земли яркой и самобытной школы деревянного зодчества со своим высшим достижением – церковью Преображения в Кижах1. При этом основное направление церковной архитектуры Заонежья, представленное его шатровыми храмами, по сравнению с зодчеством западного Обонежья (так называемой «прионежской школой») почти не освещено в литературе, и как следствие остается малоизвестным. Детально изучены и подробно описаны в публикациях только два сохранившихся храма (Варваринская церковь в Яндомозере и Покровская в Кижах), тогда как не дожившие до сегодняшнего дня остаются практически не исследованными. Такое положение, безусловно, незаслуженно. Поэтому цель этой работы видится в том, чтобы составить целостное представление об архитектуре шатровых церквей Заонежья, определив их место среди всего обонежского зодчества, а также как можно подробнее рассмотреть несколько несохранившихся храмов.

Первой научной публикацией о заонежской культовой архитектуре является книга финского исследователя Л. Петтерссона2, основанная на его натурных исследованиях часовен и церквей, и в том числе пяти интересующих нас храмов. В книге описаны основные особенности этих памятников, а главное, опубликованы их обмерные чертежи. Огромную ценность представляют фотографии Л. Петтерссона. Наиболее полная работа о культуре и в первую очередь об архитектуре Заонежья написана М. И. Мильчиком3. Им была поставлена задача использования архивных источников для изучения утраченных памятников, собран и систематизирован обширный иконографический материал. История формирования этого иконографического корпуса источников и характеристика основных его составляющих представлена в статье «Иконография Заонежья»4. Очень важна статья И. А. и О. В. Черняковых5, в которой сведены воедино все упоминания заонежских храмов в писцовых и переписных книгах XVI-XVII вв., что позволяет проследить историю строительства церквей, предшествовавших известным памятникам XVIII столетия. Краткая характеристика заонежских шатровых храмов дана в статье А. Г. Носковой6.

Данное исследование основывается на изучении архивных источников, но уже главным образом письменных документов XIX-XX вв. Большое количество информации о несохранившихся заонежских храмах можно почерпнуть из метрик, а также многочисленных ведомостей о них, хранящихся в фонде Олонецкой Духовной консистории. Бесценные сведения содержат материалы К. К. Романова, дважды побывавшего в Заонежье. В 1912 г. им была предпринята первая поездка по заданию этнографического отдела Русского музея. А в 1926 г. он, будучи председателем Комиссии по изучению крестьянского искусства (созданной на основе секции крестьянского искусства) отдела ИЗО Государственного института истории искусств (ГИИИ), организовал вторую экспедицию в Заонежье7. Краткий отчет о ее результатах был обнаружен в фонде секретаря Комиссии Е. Э. Кнатц8. В нем сообщается, что Ю. Н. Дмитриевым и Л. М. Шуляк производились работы по обмеру и подробному изучению гражданских и церковных построек: было исполнено 5 листов масштабных архитектурных чертежей и 65 листов рабочих чертежей с черновыми обмерами. К сожалению, эти важнейшие графические материалы так и не удалось найти. В первый сборник статей крестьянской секции Ю. Н. Дмитриевым была подготовлена работа «Церковное зодчество Олонецкого края», единственная из всех не опубликованная в нем. Кроме того, планировалось издать второй сборник, в который должна была войти его статья о технических особенностях в конструкции церквей Заонежья. Но этим планам не суждено было осуществиться, в 1929 г. перестала существовать сама крестьянская секция, а работы Ю. Н. Дмитриева так и не были изданы. Единственное, что сохранилось – черновик его статьи о шатровых храмах Заонежья9, имеющий огромное значение для нашей темы.

 

Самые ранние упоминания шатровых церквей содержатся в писцовых книгах 1616-1619 гг. и 1628-1631 гг. К этому времени территория Заонежья делилась на три погоста – Кижский, Шуньгский и Толвуйский, в которых насчитывалось всего 19 храмов, из них 14 названы «верх шатром», а остальные «клецки»10. Большая часть этих церквей была построена после польско-шведской интервенции 1610-х гг. на месте сгоревших предшественников. Таким образом, очевидно, что именно тип шатрового храма был наиболее распространенным в Заонежье с начала XVII в., а возможно, и раньше. К сожалению, мы не знаем, как именно выглядели эти постройки, особенно храмы «о пяти» и «о девяти верхах шатровых» в Климецком монастыре, Толвуйском остроге и на погосте в Шуньге. Почти все эти храмы, построенные в первой трети XVII в., были заменены новыми в основном уже в следующем столетии.

Только об одной церкви, названной в переписи 1631 г. «теплая древяна с трапезою верх шатром поставлена ново», удалось найти дополнительную информацию. Это церковь Успения Богородицы в Фоймогубе (в то время выставка Шуньгского погоста). Она была «построена в 1631 году. Зданием деревянная, с таковою же колокольнею, твердая. Престолов в ней три: первый и главный во имя Успения…, второй в честь происхождения святых древ… и третий в честь собора пресвятыя богородицы»11. Два последних были устроены в паперти в 1840 г.12. Из дела «О собрании сведений о древних церквах и часовнях» мы узнаем размеры постройки: «длиною 2 сажени, шириною 4 аршина» (4,3 х 2,8 м), которые могут являться только размерами основного объема, но, конечно, не всего здания. Однако и этого достаточно, чтобы понять, что постройка была совсем небольшой по сравнению с храмами XVIII в. Церковь названа шатровой, а также сказано, что «образа перенесены все из нее во вновь устроенную в 1872 году церковь»13, которая, впрочем, сгорела через три года, в 1875 г.14. Старый же храм простоял более 300 лет. Известно, что в советское время в нем находился клуб, а в 1936 г. он сгорел. Более полных сведений, как и изображения фоймогубской церкви, пока не обнаружено.

Относительно хорошо известна архитектура Заонежского полуострова XVIII в.: мы располагаем сведениями о шести шатровых храмах: Варваринская церковь в Яндомозере (около 1710 г. надстроен шатровый столп), Успенская в Космозере (1720 г.); Покровская в Кижах (была шатровой в 1720-1749 гг.), Рождества Богородицы в Кузаранде (1761 г.), Александра Свирского в Космозере (1769-1770 гг.), Вознесенская в Типиницах (1781 г.). Кроме того, автором была введена в научный оборот еще одна постройка XVII столетия – Богоявленская церковь в Великой Губе (1647 г.)15. Все церкви имеют сходное объемно-планировочное решение: к центральному, наиболее высокому четверику, увенчанному восьмериком и шатром, с востока примыкает объем алтаря (прямоугольного или пятистенного), а с запада – большой сруб трапезной и затем паперти с крыльцами. Восьмерик ставится на повал четверика, за счет чего центральный столп всех храмов расширяется кверху. У большинства церквей были фронтонные пояса.

Начнем обзор с малоизвестного памятника – храма Богоявления в Великой Губе. Это крупное поселение расположено на северо-восточном берегу одноименного залива. Удалось уточнить дату постройки церкви – 1647 г.16. Ее подтверждают и сведения писцовых книг: в писцовой книге 1646 г. Богоявленская церковь еще не упоминается, а значится только церковь во имя Пророка Илии, названная в Писцовой книге 1628-1629 гг. «верх шатром с трапезою». Первое же упоминание о Богоявленской церкви в писцовых книгах относится к 1678 г.17."

Точно не известна дата гибели церкви Богоявления. Последнее ее упоминание как «ветхой» встречается в ведомости 1864 г.18, а в «Списке населенных мест Олонецкой губернии», составленном по сведениям 1873 г., указана лишь одна церковь в Великой Губе, а именно каменная во имя преподобного Алексея Человека Божьего, построенная в 1867 г.19. Вероятно, Богоявленский храм был разобран между 1864 г. и 1873 г.

Изображений постройки найти не удалось, но известно, что в 1926 г. экспедицией секции крестьянского искусства ГИИИ в архиве великогубской церкви был обнаружен чертеж храма (по всей видимости, план, фасад и разрез). На самом чертеже дата его составления указана не была. С него была снята калька, и на основании этого изображения К. К. Романов и Ю. Н. Дмитриев составили краткие описания памятника20. Благодаря этому, мы можем в общих чертах представить себе этот храм, утраченный более 100 лет назад.

Церковь имела невысокий подклет. Алтарный сруб был прямоугольным в плане и завершался двускатной кровлей. Обширная трапезная и значительно меньшая паперть имели самостоятельные двускатные покрытия. Крыльцо примыкало к паперти с северной стороны. Внутри трапезной находились два столба, поддерживающие матицу потолка. Восьмерик был поставлен на повал четверика. К. К. Романов пишет: «в Великогубской церкви стены восьмерика были обшиты тесом, и переходы от четверика к восьмерику обработаны двумя поясами фронтончиков: по два на каждой грани восьмерика и по шесть на каждой стороне четверика»21. Формулировка не вполне точная, поскольку позаимствована из черновика рукописи, но, скорее всего, пояса были такими же, как в известных нам сохранившихся храмах в Самино и Яндомозере22, только нижний из них имел большее число фронтончиков. Важно отметить, что после обшивки, фронтонные пояса были выявлены на фасаде. Можно предположить два варианта: фронтончики либо были набиты сверху на обшивку (как, например, на церкви в Горнем Шелтозере), но ни на одном другом заонежском памятнике этого не делали, либо, что более вероятно, фронтонные пояса первоначально являлись конструктивными элементами и были сохранены при обшивке (пример такого варианта – храм в Деревянном).

Ю. Н. Дмитриев, более подробно охарактеризовавший церковь, пишет: «На чертеже есть несколько неточностей (не указана, например, на разрезе печь) и неясных мест. К паперти с запада примыкает какое-то совершенно непонятное сооружение; непонятно также, каким образом перекрыты углы четверика при переходе его к восьмерику. Восьмерик необычным образом не оканчивается повалом, и неясно, каким образом в таком случае поставлен шатер, конструкция которого не указана».

Церковь в Великой Губе дает основание полагать, что тип храма с двухчастным слитно-ярусным расширяющимся кверху столпом с двумя фронтонными поясами, распространенный в Заонежье в XVIII в., существовал там значительно раньше. Одновременно с этим, очевидна ее близость прионежским памятникам XVII в. (храмы на о. Брусно, в Горнем Шелтозере, Деревянном). При этом, однако, нельзя однозначно утверждать, что описанный облик церкви полностью сложился в 1647 г. и не являлся результатом более поздних реконструкций.

Храм Великомученицы Варвары в селе Яндомозеро находится в южной части Заонежского полуострова в нескольких километрах от Великой Губы (Рис. 1). Он широко известен и прекрасно освещен в литературе23. Е. В. Вахрамеев подробно изложил историю его реконструкций24. Поэтому мы лишь в общих чертах охарактеризуем этот памятник.


Рис. 1. Церковь Св. Варвары в селе Яндомозеро. Фотография П. В. Степанова. 2010

 

Варваринская церковь была построена в 1650-х гг. и первоначально являлась маленькой клетской постройкой. В конце первого десятилетия XVIII в., над повалами центрального сруба возвели восьмерик с шатром. Квадратный в плане алтарь в этот период имел каскадное покрытие. Активными элементами декора в экстерьере храма были два фронтонных пояса: нижний, решенный в крупном ритме, отмечал переход четверика к восьмерику, второй, расположенный под повалами восьмерика, вторил ему в более частом ритме25. То есть после первой перестройки он стал практически полным аналогом великогубской церкви (Рис. 2).


Рис. 2. Церковь Св. Варвары в селе Яндомозеро. Рис. А. Б. Бодэ по материалам А. В. Ополовникова и Е. В. Вахрамеева

 

В конце XVIII в. с запада с небольшим смещением с оси храма к нему была пристроена шатровая колокольня. Тогда же каркасные сени сменили другие, рубленные под один конек с трапезной, было сооружено новое крытое крыльцо-галерея, соединяющее церковь с колокольней. Крышу алтаря выполнили в форме бочки.

Сейчас церковь предстает в виде, приобретенном после реставрации 1951-1957 гг., проводившейся под руководством А. В. Ополовникова. Расширение его основного объема скрывает полица, а ряды фронтончиков можно только представить. Но после реконструкции начала XVIII столетия храм, несомненно, был однотипным как с Богоявленской церковью в Великой Губе, так и с представителями южноонежской группы, среди которых наиболее близкой заонежским была Ильинская церковь в Самино (1692 г.). Если присущее ей объемно-планировочное решение характерно и для других обонежских построек, то фронтонные пояса в их сочетании и каскадное покрытие алтаря на юге Обонежья нигде больше не встречаются.

На знаменитом Кижском погосте за несколько веков сменилось не одно «поколение» храмов. Последними предшественниками существующих сейчас построек были две шатровые церкви начала XVII столетия, зафиксированные в писцовой книге 1628 г.26.

Кижская Покровская церковь обладает еще более сложной, чем яндомозерская, строительной историей. Благодаря архивным и натурным исследованиям удалось установить, что она неоднократно меняла свой облик, и выделить три строительных периода. Первоначальная клетская церковь была построена в 1694 г. В 1720-х гг. над клетским молельным помещением был возведен более широкий восьмерик, скорее всего венчавшийся шатром (гипотеза о существовании шатрового завершения Покровской церкви обосновывается в работах Л. М. Лисенко27 и В. А. Крохина28; иная точка зрения представлена А. Т. Яскеляйненым29), а в 1749 г., появилось современное девятиглавое покрытие (Рис. 3).


Рис. 3. Покровская церковь Кижского погоста. Фотография автора. 2007

 

Таким образом, на протяжении недолгого периода в первой половине XVIII в. памятник мог являться представителем «прионежского типа» шатрового храма (Рис. 4). Кроме воссозданного сейчас фронтонного пояса под повалом восьмерика, по его низу проходил еще один ряд фронтончиков, сочетающихся с двускатными покрытиями углов четверика. Важно отметить, что с этого времени фронтонные пояса из конструктивных элементов превращаются в чисто декоративные. Алтарный прируб был четырехгранным, но первоначально венчался бочкой, а не двускатной кровлей, как у более ранних храмов-аналогов. В трапезной стояло два резных столба. В паперть, равную по ширине трапезной и перекрытую общей с ней двускатной кровлей вело высокое крыльцо с единственным лестничным всходом, обращенным на юг. Верхнюю его площадку, покрытую на два ската, несли опирающиеся на землю столбы.


Рис. 4. Покровская церковь Кижского погоста. Рис. А. Б. Бодэ по материалам В. А. Крохина

 

В третий строительный период (1749 г.) церковь приблизилась к современному облику. В это время постройка перебиралась и реконструировалась: шатер был заменен многоглавым завершением, вместо четверикового сруба алтаря был сделан более массивный пятистенный, характерный для XVIII в., исчез нижний фронтонный пояс, из трапезной убрали столбы, расширили окна и др.

Решение шатровой покровской церкви в Кижах можно считать переходным, пограничным между устоявшимся в XVII в. и новым оформившимся к 1720-м гг. и представленным следующими памятниками. 

Село Космозеро стоит на берегу одноименного озера в центре Заонежского полуострова. Первый храм был построен здесь около 1630 г., в писцовой книге Никиты Панина и Семена Копылова о нем сказано так: «Поставлена вновь церковь Успения пречистыя Богородицы, теплая, с трапезою, верх шатром»30. Почти век спустя, в 1720 г., старую церковь сменила новая с тем же посвящением (Рис. 5).


Рис. 5. Успенская церковь в селе Космозеро. Рис. А. Б. Бодэ по материалам Л. Петтерссона

 

Погост, располагался на гребне холма, на некотором расстоянии к северу от селения. Церковь Успения, возведенная в те же годы, когда производилась перестройка кижского храма, наиболее близка ему. В плане она имела практически такие же размеры (длина всего здания – 23,5 м, ширина основного объема – 8,5 м)31, стояла на высоком подклете. Здесь впервые был устроен пятистенный алтарный сруб с соответствующим пятискатным покрытием, над которым ставилась бочка. Это решение стало характерной особенностью заонежских храмов XVIII в. Трапезная была объединена общей двускатной кровлей с равноширокой папертью, в которую вело обращенное всходами на север и юг крыльцо. Так же как и в Яндомозере, верхняя площадка крыльца соединялась висячим переходом с колокольней.

Шатер храма имел стропильно-венчатую конструкцию, которая описана Ю. Н. Дмитриевым: «От основания, т. е. от нижнего венца повала, идет рубка в рядь постепенно сужающихся венцов, так, как обычно устраиваются рубленные шатры, но на высоте двенадцатого венца, т. е. приблизительно 1/3 шатра, рубка прекращается. В основание же повала врублены восемь стропильных ног (девятая в центре), собственно и образующие шатер … несомненно, что вся конструкция является одновременной»32.

В интерьере церкви было «небо». К. К. Романов пишет, что оно представляло собой копию «неба» яндомозерского храма, «работа отца нынешнего иконописца Ивана Михеева. Отличие лишь в том, что нет слов «да молчит» в центральном круге и в углах плафона – трубящие ангелы»33. Хотя оба эти потолка не дошли до нас, благодаря сохранившимся фотографии и описанию яндомозерского «неба»34 мы знаем, как они  выглядели.

Ю. Н. Дмитриев рассказывает также о надписи, находившейся «под потолком центрального сруба на горизонтальной доске вверху стен». На южной стене говорилось об основании храма: «Построен сей храм в лето от сотворения мира 7228 и ощен того же ле мая в 26 день при державе благочестивого государя царя и великого князя Петра Алексиевича всея великия и малыя и Белыя росии самодержца, патриаршество при митрополите великого Нова града и великих лук и при епископе Ароне Карельском и ладожском», а на северной – о его поновлении: «Возобновлен наружным и внутренним исправлением и украшением санпетербургским купцом Иваном Петро Дениловым освящен 1874 года, октября 10 дня при державе благочестивейшем государе императоре Алексадре Николаевиче, Благословением преосвященного епископа Олонецкого и петрозаводского, при сщеннике Михаиле Черкясском настоятеле сей церкви»35.

Традиционная шатровая колокольня в виде высокого восьмерика на приземистом четверике появилась рядом с храмом в 1830-х гг. Она была поставлена строго по его продольной оси и входила в линии ограды, но прохода на территорию погоста сквозь нее устроено не было.

В 1864 г. церковь была поднята на каменный фундамент, перекрыт шатер и все крыши, сделаны новые главы и обиты железом36. Работы 1874 г. состояли в обшивке церкви тесом внутри и снаружи, золочении иконостаса и поновлении икон.

Успенская церковь вместе с колокольней сгорела в 1942 г. К счастью, сохранилось немало ее изображений: фотографии Ф. А. Каликина и К. К. Романова, обмеры Л. Петтерссона37.

В 1769-1770 гг. «тщанием бывшего Санкт-Петербургского купца Феопемпта Попова»38 в Космозере рядом с летним храмом Успения была построена зимняя церковь преподобного Александра Свирского (Рис. 6). Два храма вместе с колокольней составляли красивейший ансамбль: три шатровых здания выстроились в линию с востока на запад. Погост был окружен рубленной из бревен оградой высотой от полуметра до двух метров. Она была «через определенные промежутки, в среднем около 6 метров, укреплена с внутренней стороны двумя под углом стенками из пластин, т. е. расщепленных пополам бревен, причем в сруб ограды врублены только верхние венцы пластин... Все верхние бревна стен прикрыты небольшою двускатной кровелькою»39. В восточной части ограды находились рубленые ворота. Их двускатную кровлю поддерживали четыре массивных резных столба, очевидно, первоначально находившиеся в интерьере, о чем говорили отверстия в верхних «бусах», предназначенные для консоли, поддерживающей матицу потолка40. Они могли остаться от храма XVII в., либо были перенесены сюда из трапезной Успенской церкви после ремонта 1870-х гг.41.


Рис. 6. Церковь преп. Александра Свирского в селе Космозеро. Фрагмент фасада. Фотография автора. 2009

 

От целого ансамбля осталась только Александро-свирская церковь. В отличие от двух других сохранившихся заонежских храмов – яндомозерского и кижского – церковь в Космозере до сих пор полноценно не представлена в литературе. Поэтому постараемся дать подробную характеристику этого замечательного памятника.

Церковь Александра Свирского в основном повторяла Успенский храм, но отличалась от него в деталях: вся она приблизительно в полтора раза меньше, не имеет подклета, из-за чего четверик ее основного объема существенно ниже, но значительная высота всей постройки (31, 4 м) достигается за счет более стройного шатра. Пятистенный алтарь рублен «в лапу» и завершен пятискатным покрытием и бочкой. Трапезная и паперть равной ширины, но разной высоты и имеют самостоятельные покрытия. Вход в церковь устроен с открытых площадок со ступеньками через двери в южной и северной стенах паперти.


Рис. 7. Церковь преп. Александра Свирского в селе Космозеро. Рис. А. Б. Бодэ по материалам В. А. Крохина и В. Г. Копнина

 

Во второй половине XIX в. церковь претерпела ряд изменений. К 1868 г. она была обшита тесом снаружи42, а в 1871-1872 гг. и внутри, кроме того, на ней была перекрыта крыша, заменены полы, устроен новый иконостас, поновлены иконы43. Клировая ведомость, хранившаяся в храме, сообщала, что в 1899 г. в нем «производился ремонт Карпом Матвеевичем Зотовым из Санкт-Петербурга», в ходе которого были сделаны новые крыльца44. Ю. Н. Дмитриев отмечал, что следы врубок от кровельных слег на стенах центрального четверика и трапезной свидетельствуют о том, что покрытия должны были изменяться дважды: после первой переделки была повышена кровля трапезной, а покрытие паперти оставалось ниже, а при второй переделке обе кровли были сравнены45. Наравне с другими памятниками, в церкви были увеличены окна и двери, покрыта железом главка.

Внутри храма стены отесаны, потолок в разных уровнях. «Неба» в интерьере никогда не было, центральный объем, как и другие помещения, перекрыт плоским потолком по балкам. На горизонтальной доске вверху стен центрального сруба, у основания потолка, как и в Успенском храме, имелась надпись: «При державе благочестивейшея гдрни императрицы Екатерины Алексеевны благословением преосвященного Антония епкпа олонецкого начат и построен сей храм 1769 года октября 4 дня, совершен мая 25 дня 1770 года и освящен 30 мая того же года» – на южной стене. И по северной стене: «Возобновлен внутренним исправлением и украшением и вновь освящен 1872 года февраля 24 дня при благочестивейшем гдре императоре Александре Николаевиче благословением преосвященного Ионафана епископа олонецкого и петрозаводского старанием священника Михаила Че сей церкви»46.

Ю. Н. Дмитриев отмечал интересную конструкцию шатра: «Собственно шатер образуют стропильные ноги, врубленные в основание повала, но с основания же повала идет рубка венцами в форме пирамиды, но с более наклонными, чем у существующего шатра, и следовательно, не соответствующими ему гранями. Рубка (в рядь) идет на высоту пяти венцов и затем продолжается вертикально (тоже в рядь) до встречи со стропилами шатра»47.

В 1920 г. оба космозерских храма были зарегистрированы сотрудником Отдела охраны памятников искусства и старины Наркомпроса Ф. А. Каликиным и получили Охранные свидетельства. Тогда же им были сделаны первые обмеры Александро-свирской церкви48. В 1950-1960-х гг. в здании храма размещалась библиотека, была сломана главка над шатром, снята бочка, прорублен дверной проем в алтаре. В 1978-1982 гг. храм реставрировался под руководством архитектора В. А. Крохина методом полной переборки. Были восстановлены все кровли: в трапезной и паперти – по курицам и потокам, шатер и алтарная бочка покрыты гладкостроганной доской, кровля алтаря, полицы шатра и четверика выполнены из красного теса. Дверные и оконные проемы обрели прежние формы и размеры: трехкосящатые с заплечиками, с верхним сопряжением косяков «в ус» и нижним – прямо49. Были воссозданы и утраченные декоративные элементы, включая фронтонные пояса. Верхний из них проходил под повалом восьмерика, а нижний прерывался полицами на углах четверика.

Церковь Александра Свирского в Космозере – единственный сохранившийся образец типа заонежского шатрового храма XVIII в. По нему мы можем судить о том, как выглядели и другие его представители.

 


Менее других известна церковь Рождества Богородицы в Кузаранде (Рис. 8). Впервые сведения о ней были напечатаны в ИИАК50, после чего только М. И. Мильчик опубликовал краткую историческую справку о нем и несколько фотографий51. Однако, несмотря на то, что храм погиб и не был исследован, письменные и изобразительные источники позволяют очень хорошо себе его представить.

 

Рис.  8. Церковь Рождества Богоматери в селе Кузаранда. Фотография К. К. Романова и В. М. Машечкина. 1912 (ИИМК РАН)

 

Судя по данным писцовых книг, первый Рождественский храм был построен в Кузаранде около 1563 г. и был клетским, что указано в переписи 1616-1619 гг. Дальнейшая его судьба не вполне ясна, но и в 1646 г., и в 1678 г. упоминается храм с посвящением Рождеству Богородицы. О второй кузарандской церкви во имя Великомученика Георгия известно больше. Самые ранние сведения о Кузаранда-Георгиевском погосте относятся к 1538-1539 гг.52. В переписи 1616-1619 гг. говорится о церкви Георгия, возведенной приблизительно на рубеже XVI-XVII вв., как о постройке «древяна клецки». В книге 1628-1631 гг., Георгиевский храм назван уже «верх шатровым». Упоминается он и в двух следующих писцовых книгах XVII в. Этот храм просуществовал до 1721 г., когда его «было велено как ветхий разобрать и сжечь»53. Тогда же его сменила новая церковь, простоявшая 40 лет и сгоревшая в 1761 г. Только после этого был возведен известный нам храм, освященный в 1765 г.54 и сохранявшийся до 1919 г.

Рождественская церковь стояла на побережье Повенецкого залива в отдалении от поселения и величественно возвышалась над окружающим простором. Ее окружала деревянная ограда, о которой в деле 1886 г. говорится, что она «построена в давнее время и весьма ветха»55. Церковь, как и космозерские, представляла собой образец сформировавшегося типа шатрового заонежского храма XVIII в., при этом обладая набором совершенно уникальных индивидуальных особенностей. Здание стояло на небольшом подклете, центральный столп имел сильные повалы, придававшие выразительность объемно-пространственному решению.

В 1831 г. к северу-востоку от храма была построена колокольня. В 1852 г. прихожане изъявили «решительное намерение поправить церковь своим счетом; именно: положить снизу фундамент, вместо подгнивших бревен новые, обшить ее тесом и покрасить…»56. Все это было исполнено в ближайшие два года. При обшивке повал центрального четверика был отделен от восьмерика полицей-карнизом. Остается только предположить, что здесь, как и у всех храмов этого ряда, первоначально шатровый столп был украшен двумя рядами фронтончиков. В 1867 г. были увеличены окна и двери, главы обиты железом, сделана внутренняя обшивка: «стены в алтаре и церкви обшиты тесом и ниже окон обнесены панелями». В этом же году была обшита тесом и соединена с храмом галереей-переходом колокольня, с запада от паперти устроено новое крыльцо57 «на столбах с двумя на юг и север лестницами, перилами и фронтоном над оными, который покрыт на два ската тесом; крыльцо, запертое с двумя на северную и южную сторону филенчатыми дверями, а на западную тремя окнами»58. В 1871 г. в центральном объеме был устроен новый четырехъярусный иконостас, в который поместили старые иконы и оставили прежние царские врата «старинной крупной резной работы». Второй иконостас «столярной работы, резной, вызолоченный о трех ярусах» помещался в приделе Великомученицы Варвары, который впервые упоминается в 1872 г.59.  Неба в 1887 г. в храме не было, все потолки, утвержденные на балках, были подшиты тесом. Пятистенный алтарь на фотографиях предстает с низкой пятискатной кровлей без бочки. Однако в деле 1872 г. об этом покрытии говорится как об «овальной крыше с главою»60, что в случае с другими храмами обозначало бочечное завершение. В деле же 1886 г. сказано: «самое здание храма крепкое, крыша же весьма ветхая… Ремонтировка храма – устройство новой крыши и перекраска необходимы»61. Эти работы были произведены в следующем году62, очевидно, тогда алтарь и потерял свое венчание бочкой. В 1901 г. в храме был поднят потолок и «вырублена» стена между трапезной и папертью63.

Трапезная была шире самой церкви и располагалась не на одной с ней продольной оси, а была смещена к югу. В трапезной помещался теплый Варваринский придел, пятигранный алтарь которого на всю свою длину – 1,5 сажени (3,2 м) – вдавался в основное молитвенное помещение и занимал юго-западную его часть. Над ним на кровле имелась главка «такой же вышины и с такою же шейкою»64, как и над главным алтарем. Редкая особенность – в центре трапезной стоял один резной столб, поддерживающий балки потолка65.

К трапезной примыкала равноширокая паперть, в южной части которой была устроена «сторожка», а в северной – дверь, ведущая на переходы к колокольне66. Крытый на два ската и обшитый тесом переход-галерея имел значительную длину – около 4,5 сажен (10 м) и опиралась на столбы. Он освещался шестью окнами, расположенными симметрично: по три с южной и северной сторон67. Колокольня была чуть меньше храма и представляла собой высокий восьмерик на приземистом четверике на каменном фундаменте. Ее шатровое завершение, утвержденное на восьми столбах яруса звона, в начале XX в. заменили куполом со шпилем. Помимо входа из галереи на второй ярус колокольни, имелась дверь в западной стене ее цокольного этажа.

Надо отметить, что в документах содержатся как наружные, так и внутренние размеры всех объемов храма и колокольни, а также окон, дверей и даже глав, что вместе с фотографиями К. К. Романова68 и Д. В. Милеева69 дает возможность его графически реконструировать (Рис. 9). Назовем лишь основные размеры: длина всего здания от крыльца до алтаря равнялась 12 саженям (25,6 м), а высота до креста составляла 17 сажен (36,3 м).


Рис. 9. Церковь Рождества Богоматери в селе Кузаранда. Реконструкция А. Б. Бодэ по материалам автора

 

Последний шатровый храм Заонежья – Вознесенский в селе Типиницы (Рис. 10). Он погиб относительно недавно и среди несохранившихся лучше всего освещен в различных документах. Церковь описана в работах Э. С. Смирновой70, В. П. Орфинского71 и М. И. Мильчика72, Л. Петтерссоном были опубликованы его обмерные чертежи (план, разрез и аксонометрия)73.


10. Вознесенская церковь в селе Типиницы. Фотография Н. Г. Бибикова. 1967

 

Первое упоминание в писцовых книгах церкви в Типиницах относится к 1646 г. Тогда здесь стоял храм во имя пророка Ильи. Известно, что непосредственным предшественником Вознесенской церкви был так же Ильинский однопрестольный шатровый храм, построенный в 1660 г. и сгоревший от молнии, простояв около 100 лет74. Важно отметить, что в старейшем из обнаруженных документов – Приходно-расходной книге Типиницкой церкви 1769 г. речь идет о единственном храме на погосте – Ильи пророка75. Это обстоятельство помогает несколько прояснить вопрос датировки Вознесенской церкви. В формулярных ведомостях, начиная с 1831 г., указывается, что церковь «окончена постройкою» в 1781 г.76. Но в деле 1867 г. появляется дата 1761 г.77, повторенная затем и в некоторых других документах. Обе эти даты указаны в метрике 1887 г., где говорится о надписи на иконе Великомученицы Варвары, хранившейся в храме: «настоящая церковь построена около 1760-1781 года… и освящена 1781 года, марта 26 дня»78. Принимая во внимание тот факт, что в 1769 г. еще была цела Ильинская церковь, можно уточнить датировку церкви Вознесения, и считать, что она была построена в промежуток времени с 1769 по 1781 гг., а освящена только в 1781 г.

Храм стоял посреди селения на возвышенности, примерно в километре от берега Онежского озера. Его окружала невысокая ограда, сложенная из камня.

Церковь была трехпрестольной: два придела – Вознесения и пророка Ильи – помещались в алтаре и были первоначальными, а третий во имя Богоявления был устроен в трапезной в 1807 г. и освящен в 1808 г. В 1829-1830 гг. «вместо ветхой, деревянной выстроена новая, деревянная, столпообразная шатровая колокольня»79, перестроенная затем в 1836 г.80. В период с 1847 г. по 1851 г. храм постепенно ремонтировался: был «поправлен» шатер и главка, перекрыты все кровли, произведена обшивка тесом храма и колокольни, «исправлены небеса внутри церкви»81. В 1873-1874 гг. был устроен вход в храм с запада через четверик колокольни и сделан переход, соединяющий колокольню с сенями. До этого в них с западной стороны вело традиционное для Заонежья двувсходное крыльцо, опиравшееся на рундук. К началу XX в. церковь опять потребовала проведения ремонтных работ82. Ю. Н. Дмитриев пишет, что, по словам священника церкви, «незадолго до войны», при ее ремонте была понижена колокольня за счет разборки нескольких верхних венцов «для экономии при окраске»83. В 1950-х гг. Типиницкая церковь реставрировалась, а в начале 1970-х гг. сгорела.

Типологически храм сходен со своими предшественниками. Отличали его неповторимые пропорции: он весь был устремлен вверх, его высота составляла почти 41,5 м, что достигалось главным образом за счет основания и очень высокого подклета. Подстать церкви была и колокольня – самая большая из известных в Заонежье – 32,5 м. Храмовый столп имел совсем незначительные повалы. Шатер до середины был рублен «в реж», а выше имел стропильную конструкцию, что прекрасно видно на фотографиях Л. Петтерссона 1944 г. Следы от фронтонного пояса на восьмерике просматривались после снятия обшивки84.

Алтарь Вознесенской церкви был пятистенным и имел бочечное завершение на пятискатной кровле. Уникальной его особенностью являлись две главы на скатах бочки85, отмечавшие два придела. Кроме того, по свидетельству Ю. Н. Дмитриева, во время его посещения Типиниц в 1926 г., на самом коньке стоял еще и третий крест86.

Внутри алтарь делился тесовой перегородкой на две части, соединявшиеся проходом. В четырехъярусном иконостасе было двое царских дверей «на двух створах резные, золоченые» и двое пономарских. Сам он был «хотя поновленный, но по старому устройству с тяблами, окрашенный белой краскою и украшенный резьбою золоченою». В церкви имелись «старые гладкие царские двери со столбиками по обеим сторонам, с выдающимися шариками»87. Молитвенное помещение украшало 16-типольное «небо». Известна только его поздняя роспись 1876 г. с изображением звезд на голубом фоне и креста в центральном круге88.

Трапезная была шире церкви и имела общую с сенями двускатную кровлю. В трапезной помещался придел во имя Богоявления, алтарь которого был «отделен иконостасом и с северной стороны легкой столярной заборкой»89; в северо-западном углу была сложена печь, в северо-восточном находилась церковная кладовая. Столбов в трапезной не было90. Интересно была устроена паперть: она не имела основания от земли, а опиралась на выпуски бревен из стен трапезной, начинавшиеся от пятого снизу венца. Под западные углы паперти для прочности были поставлены столбы. Колокольня располагалась на одной оси с храмом, была срублена из бруса «в лапу», очевидно, с расчетом на осуществленную вскоре обшивку (Рис. 12).


Рис. 11. Вознесенская церковь в селе Типиницы. Рис. А. Б. Бодэ по материалам Л. Петтерссона и А. В. Ополовникова

 

Типиницкий храм стал последним традиционным памятником, построенным в Заонежье.

***

Итак, мы с разной подробностью, в зависимости от степени изученности каждого памятника, рассмотрели семь шатровых заонежских храмов. Пять из них впервые подробно описаны, и на основе выявленных архивных данных сделана реконструкция церкви в Кузаранде.

Близость заонежских и прионежских памятников свидетельствует об их принадлежности к одному архитектурному направлению (Рис. 12). До тех пор, пока не было представления о шатровых храмах, строившихся в Заонежье ранее XVIII в., вероятным казалось предположение о том, что в начале XVIII в. сюда просто была перенесена типология, сложившаяся до этого в западном Прионежье91. Обнаруженные описания и уточнение датировки великогубской церкви позволяют говорить о неразрывной связи между заонежскими постройками XVII и XVIII столетий. Практически все известные нам храмы были возведены на месте своих так же шатровых предшественников, и могли в той или иной мере воспроизводить их. При этом, если в Прионежье уже в конце XVII в. шел процесс переработки и усложнения сложившихся решений (в 1690-х гг. появились церкви с различными конструктивными вариантами трехчастных храмовых столпов – в Гимреке, Рыбреке), то в Заонежье, насколько можно судить по дошедшим до нас сведениям, абсолютно все храмы имели в составе стопы один восьмерик на четверике с двумя фронтонными поясами.


Рис. 12. Шатровые храмы Заонежья XVIII в. Сравнительный типологический ряд (слева направо и сверху вниз): церковь св. Варвары в селе Яндомозеро, Покровская церковь Кижского погоста, Успенская церковь в селе Космозеро, церковь преп. Александра Свирского в селе Космозеро, церковь Рождества Богоматери в селе Кузаранда, Вознесенская церковь в селе Типиницы

 

И все же, архитектура заонежских шатровых церквей развивалась. Переходным моментом следует считать 1720-е гг. В это время появляются крытые бочкой пятистенные алтари, а в прошлом конструктивный элемент – фронтонный пояс – начинает использоваться скорее как дань традиции, или просто красивый мотив. Кроме того, наблюдается общая тенденция к укрупнению объемов: от совсем небольших по величине ранних церквей в Фоймогубе и Яндомозере до по-настоящему грандиозных размеров храма в Типиницах. Все эти преобразования являются не столько особенностями эволюции заонежской архитектуры, сколько явлениями характерными в целом для XVIII в.

В целом, заонежская архитектура может рассматриваться как самостоятельная ветвь развития большой Обонежской традиции XVII-XVIII вв.

 

Примечания:

1.      Орфинский В. П. Архитектурное наследие Заонежья // Кижский вестник № 2: Заонежье. Петрозаводск, 1993. С. 190.

2.      Pettersson L. Aanisniemen kirkollinen Puuarkkitehtuuri // Suomen Muinaismuistoyhdistyksen aikakauskirja. № 50. Helsinki, 1950. В настоящий момент готовится издание книги на русском языке.

3.      Мильчик М. И. Заонежье. История и культура. СПб, 2007. Книга является расширенным и дополненным переизданием альбома: Мильчик М. И. Заонежье на старых фотографиях. СПб., 1999.

4.      Мильчик М. И. Иконография Заонежья // Рябининские чтения '95: Материалы международной научной конференции «Рябининские чтения-1995». Сборник научных докладов. Петрозаводск. 1997. С. 349-356.

5.      Чернякова И. А., Черняков О. В. Писцовые и переписные книги XVI-XVII вв. как источник по истории деревянного зодчества Карелии // Проблемы исследования, реставрации и использования архтектурного наследия Русского Севера. Межвузовский сборник. Петрозаводск, 1988. С. 55-73.

6.      Носкова А. Г. Онежско-Ладожская архитектурная традиция XVII-XVIII веков // Деревянное зодчество. Вып. II. М.-СПб., 2011. С. 124-158.

7.      Об этом подробно см.: Мильчик М. И. Иконография Заонежья. С. 351-353.

8.      ОР ГРМ. Ф. 98. Д. 56 (Кнатц Е. Э. Материалы комиссии по изучению крестьянского искусства. 1926-1929 гг.). Л. 24-32.

9.      ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9 (Дмитриев Ю. Н. Шатровые церкви Шуньгского полуострова. Черновик статьи. 1934-1937 гг.).

10.  Чернякова И. А., Черняков О. В. Указ. соч. С. 61-67.

11.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 1. Д. 33/1 (Формулярные ведомости о церквах и причтах по 3-му благочинию погостов Петрозаводского уезда за 1852 год). Л. 41.

12.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 15. Д. 76/1603 (Сведения о церквах Петрозаводского уезда за 1864 год). Л. 2.

13.  ГКУ РК НАРК. Ф. 2, Оп. 50, Д. 12/43 (О собрании сведений о древних церквах и часовнях. 1872 г.). Л. 9 об.-10.

14.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25, Оп. 2, Д. 17/1070 (О сгорении церкви в Фоймогубском приходе. 1875 г.). Л. 1.

15.  Носкова А. Г. Указ. соч. С. 135-136.

16.  РГИА. Ф. 789. Оп. 7. Д. 8 (Дело правления ИАХ. О командировании академика Даля в Индию для изучения древних архитектурных памятников, продолжающих служить разрабатыванию материалов для основания русского архитектурного стиля. 1871 г.). Л. 85.

17.  Чернякова И. А., Черняков О. В. Указ. соч. С. 62.

18.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 15. Д. 76/1603. Л. 3.

19.  Списки населенных мест Российской империи, составленные и издаваемые Центральным статистическим комитетом Министерства внутренних дел. XXVII. Олонецкая губерния. СПб., 1879. С. 23.

20.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 29. Д. 630 (Романов К. К. Деревянное церковное зодчество Олонецкого края. 1926 г.). Л. 2; ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 19-20.

21.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 29. Д. 630. Л. 2.

22.  Из реконструкции Б. П. Зайцева видно, что первоначально саминский храм обладал двумя фронтонными поясами: нижний располагался при переходе от четверика к восьмерику, сочетаясь с двускатным вогнутым покрытием углов четверика, а верхний делил прямостенную часть восьмерика примерно пополам. См.: Савандер К. Ю. Ильинская церковь в деревне Самино и её место в истории шатрового храмостроительства Обонежья. С. 138; подобным образом были устроены пояса и в Яндомозере. См.: Вахрамеев Е. В. Новые исследования Варваринской церкви в деревне Яндомозеро Карельской АССР (проблемы реставрации) // Проблемы исследования, реставрации и использования архитектурного наследия Карелии и сопредельных областей. Межвузовский сборник. Петрозаводск, 1988. С. 84, 92.

23.  Орфинский В. П. Деревянное зодчество Карелии. Л., 1972. С. 79-82; Ополовников А. В. Русское деревянное зодчество. М., 1986. С. 39-55; Вахрамеев Е. В. Указ. соч. С. 81-94.

24.  Вахрамеев Е. В. Указ. соч. С. 81-94.

25.  Там же. С. 91-92.

26.  Чернякова И. А., Черняков О. В. Указ. соч. С. 61.

27.  Лисенко Л. М. О реконструкции Покровской церкви в Кижах // АН. Вып. 20. М., 1972. С. 94-99; Лисенко Л. М. Этапы формирования Кижского ансамбля // АН. Вып. 24, М., 1976. С. 94-103.

28.  Крохин В. А. Новое в формообразовании Кижского ансамбля. Петрозаводск, 2006.

29.  Яскеляйнен А. Т. Новый взгляд на историю церкви Покрова Богородицы Кижского погоста // Народное зодчество. Межвузовский сборник. Петрозаводск, 1999. С. 123–138.

30.  Правдин М. Из прошлого Олонецкого края. Материалы по истории Олонецкого края А.П. Воронина // Известия общества изучения Олонецкой губернии. № 6-7. Петрозаводск, 1914. С. 120-121.

31.  ГКУ РК НАРК. Ф. 2, Оп. 50, Д. 12/43. Л. 8.

32.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 9-10.

33.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 29. Д. 143 (К. К. Романов. Дневник поездки 1926 года. Великая Губа. Яндомозеро. Космозеро. Великая Нива. Шуньга. Типиницы. В пути. Кидекша (с зарисовками). 1926 г.). Л. 68.

34.  Фролова Г. И. Небеса Заонежья. Иконы из собрания музея-заповедника «Кижи». Петрозаводск, 2008. С. 28, 146.

35.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 6.

36.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 15. Д. 85/1767 (Ведомость о церквах Петрозаводского уезда за 1868 год). Л. 43.

37.  Мильчик М.И. Заонежье. История и культура. С. 97-99.

38.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 1. Д. 33/1 (Формулярные ведомости о церквах и причтах по 3-му благочинию погостов Петрозаводского уезда за 1852 год). Л. 37.

39.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 5. Интересно, что Ю. Н. Дмитриев приводит примеры «тождественных оград»: у кладбища в Лодейном Поле, у погоста Горки на Свири, у погоста Мегрега.

40.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 5.

41.  Мильчик М. И. Заонежье. История и культура. С. 99.

42.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 15. Д. 85/1767. Л. 44.

43.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 1. Д. 52/3 (О последствиях обозрения благочинными церквей их округов за I п. 1872 года). Л. 54.

44.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 29. Д. 143. Л. 75.

45.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 13.

46.  Там же. Л. 11.

47.  Там же. Л. 14.

48.  ОР НА ИИМК. Ф. 67. Д. 41 (Регистрационные материалы памятников старины Олонецкой губернии, Петрозаводского уезда. 1920 г.). Л. 35-36.

49.  Архив ГКУ РК «Республиканский центр по государственной охране объектов культурного наследия».  Паспорт церкви Александра Свирского в с. Космозеро.

50.  ИИАК. Вып. 57. Пг., 1915. С. 155-156.

51.  Мильчик М. И. Заонежье. История и культура. С. 119-120.

52.  Pettersson L. Указ. соч. С. 26.

53.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 3. Д. 4218 (Метрика церкви Рождества Богородицы в Кузаранде 1887 г.). Л. 53.

54.  Там же. Л. 1 об.

55.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 8/87 (Отчет по 4-му благочинническому округу Петрозаводского уезда; сведения об отдельных церквах и приходах округа. 1886 г.) Л. 30.

56.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 2. Д. 25/251 (Формулярные ведомости о церквах, причтах и прихожанах по 3-му благочинию Петрозаводского уезда. 1852 г.). Л. 27.

57.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 15. Д. 85/1767. Л. 33; ОР НА ИИМК РАН. Ф. 3. Д. 4218. Л. 2.

58.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 1. Д. 54/6 (По репортам благочинных с предоставлением сведений о состоянии Олонецкой Епархии, по указанию предметов за 1873 год). Л. 157.

59.  ГКУ РК НАРК. Ф. 2, Оп. 50, Д. 12/43. Л. 9 об.

60.  Там же. Л. 9 об.

61.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 8/87. Л. 30.

62.  ГКУ РК НАРК. Ф. 30. Оп. 3. Д. 16/164 (Старогин А. В. Копии документальных материалов по теме: «Памятники архитектуры КФССР». 1953 г.). Л. 105.

63.  ИИАК. Вып. 57. Пг., 1915. С. 156.

64.  ОР НА ИИМК РАН. Ф. 3. Д. 4218. Л. 3 об.

65.  Там же. Л. 5 об.

66.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 1. Д. 54/6. Л. 157.

67.  Там же. Л. 157.

68.  Фототека РЭМ. Колл. 2521. № 3/3. (Романов К. К. Олонецкая губ., Петрозаводский у., с. Кузаранда. Церковь Рождества Богородицы. 1912 г.).

69.  ОФ НА ИИМК. О. 652, № 48. (Милеев Д. В. Церковь Рождества Богородицы в с. Кузаранда).

70.  Смирнова Э.С. По берегам Онежского озера. Л. 1969. С. 63-69.

71.  Орфинский В. П. Деревянное зодчество Карелии. Л., 1972. С. 89-90.

72.  Мильчик М. И. Заонежье. История и культура. С. 109-111.

73.  Pettersson L. Указ. соч. С. 48, 95.

74.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/270 (Метрики о древних, православных храмах, зданиях, художественных предметах по Петрозаводскому уезду Олонецкой епархии. 1887 г.). Л. 1 об.

75.  ГКУ РК НАРК. Ф. 713. Оп. 1. Д. 1 (Приходно-расходная книга Типиницкой церкви Выгозерского стана за 1769 г.). Л. 2.

76.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 25/236 (Формулярная ведомость о Вознесенской церкви Типиницкого прихода. 1831 г.). Л. 1.

77.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/259 (Ведомость о церкви, причте и прихожанах Типиницкого прихода Петрозаводского уезда. 1867 г.). Л. 1.

78.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/270. Л. 1 об.

79.  Там же. Л. 4 об.

80.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/252а (Формулярная ведомость о церкви Вознесения Типиницкого прихода Петрозаводского уезда за 1852 год). Л. 6.

81.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 25/240 (Ведомость о церкви Вознесения Типиницкого погоста Петрозаводского уезда. 1841 г.). Л. 12-17; КУ НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 25/246 (Ведомость о церкви и причте Типиницкого прихода Петрозаводского уезда. 1850 г.). Л. 1.

82.  ГКУ РК НАРК. Ф.25. Оп. 1. Д. 82/11 (О состоянии Олонецкой епархии за 1901 год). Л. 254 об.

83.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 16.

84.  Фотофонд КГКМ, № 12976 – 49 (Бойцов Б.П. Церковь Вознесения в с. Типиницы. Вид из-за околицы. 1971 г.)

85.  ГКУ РК НАРК. Ф. 2, Оп. 50, Д. 12/43. Л. 8.

86.  ОР ГРМ. Ф. 187. Д. 9. Л. 17.

87.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/270. Л. 4.

88.  Фролова Г. И. Указ. соч. С. 147.

89.  ГКУ РК НАРК. Ф. 25. Оп. 20. Д. 26/270. Л. 4.

90.  Там же. Л. 5.

91.  Ходаковский Е. В., Носкова А. Г. «Межозерская школа» и «Прионежская традиция»: к вопросу о региональной специфике деревянной архитектуры Русского Севера // Искусство Древней Руси и стран византийского мира: Материалы научн. конф. Спб.-М., 2007. С. 153.

 

 

Принятые сокращения:

АН – Архитектурное наследство

ИИАК – Известия Императорской Археологической Комиссии

КГКМ – Карельский государственный краеведческий музей

ГКУ РК НАРК – Государственное казенное учреждение Республики Карелия «Национальный архив Республики Карелия»

ГКУ РК «Республиканский центр по государственной охране объектов культурного наследия» – Государственное казенное учреждение Республики Карелия «Республиканский центр по государственной охране объектов культурного наследия»

ОР НА ИИМК РАН – Отдел рукописей научного архива Института истории материальной культуры Российской академии наук

ОР НА ГРМ – Отдел рукописей научного архива Государственного Русского музея

ОФ НА ИИМК РАН – Отдел фотографий научного архива Института истории материальной культуры Российской академии наук

РГИА – Российский государственный исторический архив

РЭМ – Российский Этнографический музей

 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

академик, профессор, доктор архитектуры

Сергей Вольфгангович Заграевский