РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ Ю.Ю.ШЕВЧЕНКО

НА СТРАНИЦУ А.Н.УМАНЦА

 

 

Источник: Шевченко Ю.Ю., Уманец А.Н. О египетском прообразе христианского храмового престола (по материалам обследования Крымской Чилтер-кобы в 2009 и Иерусалимской Гефсимании в 2010 гг.). Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» Ю.Ю.Шевченко. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2010 г.

 

 

 

Ю.Ю. Шевченко, А.Н. Уманец

О ЕГИПЕТСКОМ ПРООБРАЗЕ

ХРИСТИАНСКОГО ХРАМОВОГО ПРЕСТОЛА

(по материалам обследования Крымской Чилтер-кобы в 2009

и Иерусалимской Гефсимании в 2010 гг.)

 

Мы изложили наблюдения о возможных прототипах литургических устройств [Гайдуков 2002; он же 2009:52-53], свойственных наиболее ранним христианским храмовым престолам, встреченных в Таврике (Внутренняя гряда Крымских гор) при авторских наблюдениях 2009 г., используя аналогии, имеющиеся в Святой земле Палестины. Наличие проточной системы из чашеобразного углубления и желоба-стока в престоле Ай-Тодорского (Чилтер-Коба) храма [Шевченко 2010: рис.6,II:1; 8:I,II,IV:1], полностью дублирующей «литургическое устройство» в пещере на о. Патмос II-III вв. [Шевченко 2010: рис.9], как и аналогичной более сложной проточной системы на обнаруженном в 2009 г. выносном камне-престоле у священного источника Хор-Хор в комплексе пещерного монастыря Чилтер-Коба [Шевченко 2009: рис.10,II,III], требовало выяснения их генезиса, чему и посвящена настоящая работа.

Не исключено, что христианский престол (алтарь, жертвенник) [Голубцов 1995:67-68; Беляев 2000:175] был заимствован из святынь дохристианской древности, многие из которых относились к монотеистическому культу, во имя  укрепления которого и произошло Сошествие Христа. Поэтому «христианство восприняло и сделало своими многие “формы” языческой религии, не только потому, что это вечные формы религии вообще, а потому еще, что весь замысел христианства в том и состоит, чтобы все “формы” в этом мире не заменить новыми, а наполнить новым и истинным содержанием» [Шмеман 1993:137].

Рис.1. Реконструкция останца скалы с погребальной пещерой Христа (пещерой Воскресения) под древним Кувуклием (Эдикулой) в Воскресенском храме Гроба Господня в Иерусалиме (Палестина). По Йораму Цафриру (Tsafrir, 2003, p.59, 68 fig.7). «Лавица» в пещере Воскресения (на которой произошло Восшествие Иисуса из мертвых) - в останце скалы, оставленный под навесом Кувуклия – Эдикулы в храме Гроба Господня в Иерусалиме; пещере, бывшей склепом для семьи Иосифа Аримафейского.

В первохристианские времена зримым образом престола являлась  «лавица» в пещере Воскресения в Иерусалимском Анастасисе (храме Гроба Господня). Перефразируя Германа, патриарха Константинопольского [Герман 1855:393,сл.; Кавасила 1857:291-456] св. Кирилл Туровской пишет: «Блажен и благословен тобою, Иосиф, приготовленный склеп… это уже не гробница, но Божий престол, небесный алтарь, покоище Духа Святого и ложе Небесного Царя…» [Кирилл 1980:321]. После открытия пещеры Воскресения (326 г.) и возведения храма Гроба Господня (326-332 гг.), погребальное ложе Христа (рис.1) служило прообразом церковных престолов всего последующего периода существования Единой Церкви до Трулльского собора (692 г.) включительно [Шевченко 2008:458-462]. Но внешний вид и литургические устройства, бывшие на этом «покоище Духа Святого и ложе Небесного Царя» скрыты множественными позднейшими наслоениями (рис.2), видимо, напластовавшимися с эпохи августы Елены (326 г.).

Рис.2. Зондаж наслоений на месте положения Тела Христова (на погребальной «лавице») в пещере Воскресения Иерусалимского Анастасиса (храма Гроба Господня). Палестина. Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

Уже игумен Даниил видевший погребальную «лавицу» Христа до 1106 г. описывает ее как покрытую плитой трансенны с отверстиями, сквозь которые виден «пещерский камень» [Шевченко 2005:66-71; Шевченко, Уманец 2006:59-71]. После разрушения «бесноватым халифом» Аль-Хакимом в 1009 г. пещера Воскресения в Иерусалимском храме Гроба Господня была приведена в порядок, - так выглядит ее описание у арабского ученого Аль-Бируни [Бируни 1957:292-295, 317-324]. Это позволяет связать реконструкцию трансенны, виденной игуменом Даниилом на погребальной «лавице» Христа, с восстановительными работами в Анастасисе, которые провел в 1036-1048 годах император Константин (Михаил) IV Мономах. 

Наличие в этой трансенне двух или трех отверстий, - что в обоих вариантах отражено в иконографии образков с изображением Гроба Господня в богатой «культуре пилигримов», - служило предметом дебатов, до появления исследования Л.А. Беляева [2003:482-512]. Кроме версии о редуцированном изображении, происходящем от памятников, на которых  третье отверстие трансенны скрыто ниспадающей драпировкой [Беляев, 2003], или кем-то из предстоящих [Шевченко, Богомазова 2006:157-161], возможно и еще одно объяснение. На появление двух отверстий в трансенне на иконках, изготовленных до XV - начала XVI в., могло отразиться существование двух отверстий на плитах древних ранневизантийских престолов в приделах Темница Христова и Голгофа в  храме Гроба Господня в Иерусалиме (рис.3). Сама трансенна на погребальной «лавице» в пещере Христова Воскресения, была выполнена с тремя отверстиями [Беляев 2000:44; он же 2003; Шевченко, Богомазова 2006; они же 2008].

Рис.3. 1. «Колодки Христа»: отверстия – сквозное (слева) и чашеобразное углубление (справа) в мензе - престольной плите ранневизантийского времени в приделе храма Гроба Господня «Темница Христова». 2. Отверстия – сквозное (слева) и чашеобразное углубление (справа) в мензе - престольной плите ранневизантийского времени в приделе храма Гроба Господня возле Голгофы (т.н. «Временные колодки Христа», справа от входа в «Темницу Христову»). Фотографии М.В. Соболевой, 2003 г.

Внешний вид трансенны в Гробе Господнем, дублирует  сохранившаяся, и ныне доступная к обозрению трансенна в Гробнице Богородицы в Гефсимании [Беляев, 2000:44; он же 2003], расположенной в восточной части Иерусалима над протоком Кедрона, у подножия западного склона Елеонской (Масличной) горы, в аббатстве Дормицион. Это достаточно обширный (34 ´ 6 м)  пещерный храм (рис.4), в который ведет не менее значительный тоннель со спуском в 48  ступеней (рис.5).

Рис.4. Подземный храм Успения Богородицы в Гефсимании. Вид на скальный останец – «кувуклию», в которой высечена крипта Богородицы. Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

В  самом пещерном храме Успения Богородицы расположена маленькая крипта (см.рис.4), размещенная в скальном останце, и несколько углубленная в восточную стену скалы, с двумя входами (рис.6), где Мария была погребена. Место ее погребения в очень небольшом помещении склепа (рис.7) – такая же «лавица», как в Гробе Господнем, закрытая с наружной стороны боковой плитой трансенны (рис.7), которая очень умеренно украшена резьбой, и имеет три отверстия, сквозь которые видна слагающая выступ «лавицы» скальная порода. Судя по некоторым деталям резной орнаментации, трансенна в Гефсимании, как и скрытая более поздними напластованиями плита-трансенна в Гробе Господнем, могла бы  относиться к ранневизантийскому времени, но обновление ее орнамента (рис.7), судя по аналогиям [Ювалова, 1987:374,387-389, ил.494,515-519-522,523], относиться к средневизантийскому периоду, непосредственно после Первого Крестового похода.

Рис.5. Галерея-спуск в 48 ступеней к пещерному храму Успения Богородицы в Гефсимании. Вид на боковую крипту с погребениями и престолами во имя родителей Марии - праведных Иоакима и Анны (напротив - крипта Иосифа Обручника). Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

 

Какова бы ни была тринитарная символика [Шевченко, Уманец 1996:59-71; Шевченко, Богомазова 2008] отверстий в трансенне, те же три отверстия имеются и в стене, над самой погребальной «лавицей» Богородицы (рис.8:2). Они более походят на небольшие полуциркульные ниши: центральная – крупнее, боковые – в два раза меньше; центральная – со стрельчатым сводом, боковые – с полуциркульными (рис.8:2). Ниши высечены непосредственно над-, и напротив отверстий плиты-трансенны, и, вероятно, предназначались для каких-то реликварных предметов, видимо, связанных с культом Богородицы (камни, по которым ступала нога Матери-Девы; фрагменты Ее одеяния и личных вещей; etc.). Несмотря на уплощенное дно-основание, состояние сводов этих ниш не создает впечатления, что они являлись вместилищем для светильников. Они имели какой-то иной, сакральный смысл, и изначально могли служить для каких-то целей, для которых первоначально предназначалась сама крипта.

Рис.6. Северный выход из купольной пещеры-склепа, где было положено Тело Богородицы. Портал выхода некогда окаймляли колонны и мраморные плиты, украшенные рельефной орнаментальной резьбой. Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

Рис.7. Пещера-склеп с погребальной «лавицей» - местом погребения Богородицы. Передняя стена выступа-«лавицы» покрыта мраморной трансенной с тремя отверстиями, в которые виден «пещерский камень» погребального ложе. В центре купола крипты – «ерек» - округлое отверстие, свойственное памятникам римской архитектуры (Пантеон) и террактуры (кубикулы в катакомбах св.Каллиста). Иерусалим, Палестина. Фотография  М.В. Соболевой, 2003 г.

Намного больший интерес представляет погребальная («горизонтальная») поверхность Гефсиманской «лавицы» (рис.8:1). Даже учитывая извлечение фрагментов камня с поверхности погребального ложа Богородицы для освящения ново-возводимых храмов (рис.8:1), - такие фрагменты камня в представлениях Христианского мира обладали всеми свойствами реликвий, -  поверхность «лавицы» представляется весьма далекой от простой и сколько-нибудь ровной горизонтальной плоскости. Это неглубокий, подтреугольный в сечении желоб, занимающий всю «горизонтальную» поверхность ложа, со стоком с «юга» на «север», и с рядом углублений (рис.8:1; 9).

Рис.8. Погребальная («горизонтальная») поверхность выступа-«лавицы» в Гефсиманской крипте Богородицы с желобом, чашеобразными углублениями и отверстиями от вынутых в качестве реликвий фрагментов скальной породы (1). Над поверхностью выступа-«лавицы» в скальной стене – «ниши для реликвий» (2).

В этом желобе, проходящем по всей поверхности «лавицы», кроме незначительных по диаметру отверстий, как видно, появившихся при отборе камней-реликвий, имеется три крупных чашеобразных углубления (рис.9), связанных расположением, и, следовательно – функционально, с желобом-поверхностью погребального ложа Девы Марии.

Рис.9. Желоб с чашеобразными углублениями на поверхности уступа-«лавицы» в Гефсиманской крипте Богородицы. Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

Поскольку Гефсиманская погребальная «лавица» Божьей Матери являлась таким же престолом, как и «лавица» пещеры Воскресения в храме Гроба Господня, можно с уверенностью констатировать, что  чашеобразные углубления и связанный с ними «сливной» желоб на поверхности выступа-«лавицы» являются древнейшими литургическими устройствами. Хотя более поздние отверстия на месте выемки камней, долженствующих послужить после этого реликвиями, значительно нарушают древнюю картину (рис.9), атрибуция неровностей поверхности Гефсиманской «лавицы», - трех  чашеобразных углублений, связанных с желобом, - не оставляет сомнений в характере их использования. Престол-«лавица» в Гефсиманской крипте Богородицы имеет все характеристики престолов предназначенных для проливания по их поверхности вина, во время древнейшей литургии при преосуществлении вина в Кровь Спасителя, как подобные функции имел камень-престол со следом стопы, приписываемой Иоанну Предтече, в пещерном храме Saba Cave возле Иерусалима [Gibson 2005; Шевченко 2008а: 152-156,рис.4], и первохристианские престолы ранневизантийского времени  в пещерном храме Иоанна Богослова на о. Патмос [Шевченко, наст.изд.: рис.11], и в Крымской Чилтер-Кобе [Шевченко, наст.изд.: рис.8:II, 9:I-III,10:III].

Рис. 9a. Бальзамирование. Роспись на крышке саркофага Джедбастетиуфанха. Из эль-Хибе. II в. до н.э. Музей Ремера и Пелицеса, Хильдесхайм. Германия

Как склеп, высеченный в скале для Иосифа Аримафейского, исключительно волей случая стал пещерой Воскресения Христова, так и крипта Богородицы в Гефсимании, не была изначально предназначена для Успения Девы Марии. Богородицу положили на уже готовое, и подготовленное для совершенно иных целей ложе, с этих пор ставшее погребальным. В таком плане, бросается в глаза изначальное существование на поверхности этого скального выступа, вряд ли предназначенного для погребения, не горизонтальной плиты, как во множестве позднеантичных (раннеримских) склепов рубежа эр [Юрочкин  2002:125-137], а наличие конического углубления желоба на его поверхности. Нельзя исключить также, изначальности связанных с желобом трех чашеобразных углублений в поверхности выступа-«лавицы», сделавшего крипту погребальной (рис.9).

 Возможно, подобное оформление поверхности Гефсиманской «лавицы», которая вначале не являлась погребальным ложем, а была местом, предназначенным для бальзамирования (рис.9а) [Матье 1958:334-362; Рубинштейн 1976:129-143; Павлова 2000:103-105; Бадж 2001; он же 2004; Дюнан, Лихтемберг 2003]. В этом случае «сливное устройство» в виде углублений, связанных желобом, на поверхности «лавицы», так или иначе являвшейся артефактом древней погребальной практики, – представляется абсолютной функциональной необходимостью. В иудейской среде (видимо со времен «египетского плена») были распространены сведения о мумификации: 40 дней продолжался наиболее «скоростной» процесс бальзамирования в Древнем Египте. Ветхий Завет усвоил именно эту – соракадневную продолжительность процесса бальзамирования [Быт. 50:5], олицетворившую с этих пор время перехода в иной, потусторонний мир, что сохранилось и в христианском мироощущении, как египетское наследие [Рубинштейн 1979:72-87; Толмачева 2003].

В географически недалекой от Палестины Александрии Египетской (с ее многочисленной иудейской диаспорой), в катакомбах Ком-эш-Шуккаф (рис.10), как считается, связанных с первохристианским населением города (христианами-офитами?), в знаменитом гипогее II-III вв. (рис.11) расположено погребение (рис.12), над саркофагом которого находиться рельеф со сценой бальзамирования умершего (рис.13).

Рис.10. Колодец, объединяющий разные уровни катакомб Ком-эш-Шаккаф (Шуккафы). Александрия, Египет. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Рис.11. Вход в погребальный гипогей (христиан-офитов?) в катакомбах Ком-эш-Шаккаф. Александрия, Египет. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Рис.12. Портал входа в гипогей II-III вв. и вид на саркофаг (и рельеф над ним) в катакомбах Ком-эш-Шаккаф (Шуккафы). Александрия, Египет. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Подобные священнодействия (акт бальзамирования трупа) проводились отнюдь, не в погребальных покоях, а в специально отведенных храмовых помещениях [Бадж 2001; он же 2004; Дюнан, Лихтемберг 2003]. Судя по расположению «крипты Богородицы» внутри  скального останца, расположенного в очень значительном (храмовом) пещерном помещении, ставшим со времен августы Елены (326 г.) христианской подземной церковью Успения Богоматери, можно предположить, что Мария была погребена в подземелье особо  сакральном, которое  и было предназначено для обряда мкмификации. Такое утверждение согласуется с тем, что ранее скончавшиеся ее родители - праведные Иоаким и Анна, как и Иосиф Обручник, были положены не в этом обширном подземном зале (где в останце скалы разместилась крипта Богородицы), а вне его, - в небольших гипогеях, расположенных на половине центрального спуска в эту крупногабаритную пещеру (см.рис.5).

Рис.13. Рельеф со сценой мумификации над саркофагом в погребальном гипогее раннеримского времени (II-III вв.) в катакомбах Ком-эш-Шаккаф (Шуккафы). Александрия, Египет. Фотография М.В. Соболевой, 2007г

Рис.14. Деталь престольного камня (см.рис.3:1) в приделе «Темница Христова» храма Гроба Господня в Иерусалиме с отверстиями (сквозным и чашеобразным) и системой желобков-стоков, для проливания по поверхности престола вина в процессе его преосуществеления в Кровь Христа. Фотография М.В. Соболевой, 2003 г.

Обособленное, хоть и пространственно-близкое к «семейным склепам», место положения Тела Марии имеет подтверждение нарративного  источника, поскольку Дева-Богородица была положена хоть и неподалеку от захоронений своей родни (праведных Иоакима, Анны и мужа), но в «новом гробе», как это передано апокрифом Протоевангелия - «Книгой   Иакова» [Свенцицкая 1996:124-125, 129-145]. Именно это «особое помещение» и застал опустевшим ап. Дидим Иуда Фома, опоздавший на погребение Марии на три дня. Древнейшая версия  Протоевангелия от Иакова содержится в папирусе Бодмера (находка в Египте, 1958 г.), и датируется временем от середины II в. по Р.Х., а Ориген на рубеже II-III вв. излагает по этому источнику свои сведения о Богородице [Свенцицкая 1996:106].    

Рис.15. Пещерный храм Успения Богородицы в Гефсимании. Аббатство Дормицион. Иерусалим.

Все изложенное выстраивается в достаточно стройную версию.

Богородица была погребена, отнюдь не в склепе, а в помещении, расположенном в скальном останце посреди другого, намного более значительного (дохристианского, храмового) подземного помещения, расположенного в прямой досягаемости от мест погребения, в которых и были похоронены праведные Иоаким, Анна и Иосиф Обручник. Именно такое место и должно было занимать помещение, предназначенное для особо сакральной церемонии мумификации. Выступ-«лавица» в «крипте Богородицы», на которой было положено Тело Пресвятой Девы, имела желоб и, связанные с ним, углубления в поверхности, предназначенные для стока жидкостей мертвого тела. Именно они послужили прототипом грядущих литургических устройств в самых ранних христианских престолах, предназначенных для проливания по поверхности престола вина при его преосуществлении в Кровь Христа. Реальная кровь (и лимфа), некогда стекавшая по плите во время подготовки реальных тел к мумификации, была хронологически предшествующим прообразом, процесса духовного перерождения реального вина, в символическую Кровь Спасителя. В результате на древнейших престолах существуют желобки, предназначенные для «пролива» вина, в процессе его преосуществления в Кровь Спасителя (рис.14; см.рис.3:1). Не исключена связь «проливных» желобков на поверхностях древних престолов и с чином елеосвящения, поскольку без миропомазания, по-видимому, не обходился обряд крещения неофитов Ранней (Единой) Церкви [Мещерская 1997:158, 170, 186-188, 237, 243-244, 258-260, 334, 337, 345, 359 прим.52,].

Проникновение египетской идеологии и обрядности в христианство через посредство иудейской традиции, или непосредственно [Павлова 2000; Кларк 2002], получает в изложенной версии еще один дополнительный аргумент.

Крипта Богородицы в пещерном храме Успения в Иерусалимской Гефсимании.

 

Резюме

Происхождение ранних литургических устройств в первохристианских престолах ранневизантийского времени, видимо, связано со священными христианскими артефактами, служившими именно в таком качестве: престолами (алтарями, жертвенниками). К ним относились скальные выступы погребальных «лавиц»: в пещере Воскресенья, на которой три дня пребывало Тело Христа, и в крипте Богородицы в пещерном Гефсиманском храме Успения. Найденная при августе Елене, и скрытая изначально плитой трансенны (при Константине и Елене, до 337 г.), а затем - множественными напластованиями разновременных трансенн (при Модесте, после 614 г.; при Мономахе,  после 1036 г.), «лавица» пещеры Воскресения Христова, построенной как склеп Иосифа Аримафейского, позволяет сделать только ориентировочное заключение, что трансенна с тремя отверстиями отражала какие-то существенные литургические моменты. Гефсиманская «лавица» Богородицы, также с «трехоконной» (в три отверстия) трансенной, представляла скальный останец в крипте, в свою очередь высеченной в скальном останце, расположенном внутри  чрезвычайно объемного пещерного помещения, впритык к местам погребения. Она была известна христианскому миру в самые ранние времена Оригена, Климента Александрийского (со середины II в.н.э.), являя прообраз самых ранних престолов. Но изначально, Гефсиманская крипта Богородицы погребальной не являлась. Желоб стока на «горизонтальной» поверхности «лавицы», связанный с тремя углублениями, наряду с положением самой крипты в скальном останце в крупногабаритном пещерном помещении (ставшим Успенским храмом), позволяет связать ее с местом для мумификации, - процессом, бывшим издавна известным явлением в иудейской среде. Поскольку место погребения Богородицы традиционно было известно самым ранним первохристианам (около  середины II в.н.э.), и его не пришлось отыскивать как Гроб Господень (обнаруженный после 325 г.), именно этот уступ-«лавица» крипты Богородицы служила основным (и единственным до 326-337 гг.) прообразом самых древних первохристианских престолов, примыкающих к стене апсиды, ушедших из практики Церкви с решениями V-VI Вселенского собора 692 года. Имевшиеся на Богородичной «лавице» углубления (желоб с чашеобразными емкостями для стоков телесных жидкостей при мумификации), послужили прообразом древнейших литургических устройств престолов, предназначенных для «проливания» по их поверхности вина, в процессе его преосуществления в Кровь Христову.

 

Трансенна на «лавице» Богородицы в пещерном Гефсиманском храме Успения.

 

Ключевые слова

Престол древнего типа, примыкающий к стене апсиды; Гефсимания; крипта Богородицы; плита-трансенна.

Литература

Бадж Э.А.У. 2001. «Мумия». Материалы археологических исследований египетских гробниц. М.: «Алетейа», 2001. 528 с., илл.

Бадж Э. А. Уоллис 2004. Египетская книга мертвых. -М.: «Эксмо», 2004. 768 с.

Беляев Л.А. 2000. Христианские древности. Введение в сравнительное изучение / сер. «Византийская библиотека». 2-е стереотипное изд. СПб., 575 с.

Беляев Л.А. Пространство как реликвия: о назначении и символике каменных иконок Гроба Господня //  Восточнохристианские реликвии / Ред.-сост. А.М. Лидов. М.: “Прогресс-Традиция”, 2003. С. 482-512.

Бируни, Абу Рейхан. Избранные произведения. Том I. Ташкент, 1957.

Веймарн Е.В., Репников Н.И. 1935. Сюйренское укрепление // ИГАИМК. Вып.117: Материалы Эски-Керменской экспедиции. М.;Л., 1935.

Виноградов А.Ю., Гайдуков Н.Е., Желтов М.С. 2005. Пещерные храмы Таврики: к проблеме типологии и хронологии // РА, № 1. С.72-80.

Гайдуков Н.Е. 2002. Литургическое устройство пещерных храмов юго-западной Таврики (на примере трех пещерных храмов округи пещерного города Эски-Кермен) // Сурож, Сугдея, Солдайя в истории и культуре Украины – Руси.. Материалы научной конференции (Судак, 16-22 сентября 2002 г.) / Под ред. Н.М. Куковальской и др. Киев; Судак, 2002. С.71-75.

Гайдуков Н.Е. 2009. Церковная археология (Краткий словарь терминов). Симферополь: СОНАТ, 2009. 64 с.+25 ил.

[Герман, патриарх Константинопольский] Святого отца нашего Германа патриарха Константинопольского последование и изложение церковных служб и обрядов и таинственное умозрение о их значении // Писания св. отцов и учителей церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения. Т. I. СПб., 1855.

Дюнан Ф., Лихтенберг Р. 2003. Мумии. Путешествие в вечность. М.: «Астрель», АСТ, 2003. 144 с., илл.

 [Кавасила] Николай, архиепископ Солунский. Толкование божественной литургии // Писания Святых Отцов и учителей Церкви, относящиеся к истолкованию богослужения. Т.III. СПб., 1857. С. 291-456.

[Кирилл Туровской]. Святого Кирилла монаха слово о снятии Тела Христова с креста и о мироносицах на тему евангельскую, и похвала Иосифу Аримафейскому в неделю третью по Пасхе / Подгот.текста, перевод и коммент. В.В.Колесова // ПЛДР. XII век./ Общ.ред. Л.А.Дмитриева, Д.С.Лихачева. М., 1980.

Кларк Р. 2002. Священные традиции Древнего Египта. М.: «Фаир-Пресс», 2002.  448 с.

Матье М.Э. 1958. Древнеегипетский обряд отверзания уст и очей // Вопросы истории религии и атеизма, № 5, 1958. С.344-362.

Мещерская Е.Н. 1997. Апокрифические деяния апостолов. Новозаветные апокрифы в сирийской литературе. М.: «Присцельс», 1997.4546 с.+11 ил.

Павлова О.И. 2000. Древнеегипетские представления о воскресении мертвых // Древний Египет и христианство (К 2000-летию христианства): Материалы научной конференции 30.10.2000–2.11.2000. М., 2000. С. 103–105.

Рубинштейн Р.И. 1976. «Погребальные обряды по 151 главе «Книги мертвых». // Тутанхамон и его время. М., 1976. С.129-143.

Рубинштейн Р.И. 1979. Книга мертвых и отношение древних египтян к смерти // Ж. — Ф. Шампольон и дешифровка египетских иероглифов. М., 1979. С.72-87.

Свенцицкая И. Апокрифические евангелия. Исследования, тексты, комментарии. М., 1996.

Толмачева Е.Г. 2003. Копты: Египет без фараонов. М.: «Алетейа», 2003. 348 с., илл.

Шевченко Ю.Ю., Богомазова Т.Г. 2006. Шиферные иконки Руси – амулеты от гробов предков (мысли о возможной интерпретации) // Славяно-русское ювелирное дело и его истоки. Международная конференция, посвященная 100-летию со дня рождения Гали Федоровны Корзухиной. ТД. Санкт-Петербург, 10-15 апреля 2006 г. Совместно с семинаром Государственного Эрмитажа «Ювелирное искусство и материальная культура». СПб.: Изд. СПбИИ РАН «Нестор-История», 2006. С.157-161.

Шевченко Ю.Ю., Богомазова Т.Г. 2008. Третий Рим – Четвертый Иерусалим  // Христианство в регионах мира. Вып. 2 / Отв.ред. Т.А. Бернштам, А.И. Терюков. СПб.: МАЭ РАН, 2008, с.120-134.

Шевченко Ю.Ю., Уманец А.Н. 2006. Палеоэтнографические данные о формировании традиции христианских подземных святынь, Синай и Палестина // Музей и археологическое наследие России. Сб. научных статей. СПб.: Изд. МАЭ РАН, 2006. С. 59-71.

Шевченко Ю.Ю. 2005. «Пещерный» Иерусалим глазами «Русской земли игумена» // Радловские чтения 2005. СПб., 2005, с. 66-71.

Шевченко Ю.Ю. 2008. Планиметрия восточнохристианского пещерного храма раннесредневековой Восточной Европы (VII-XII вв.) // Труды II (XVIII) Всероссийского Археологического Съезда в Суздале 2008 г. Том II. Отв. редакторы: академик РАН А.П. Деревянко, чл.-корр. РАН Н.А. Макаров. М: ИА РАН "Наука". 2008, с.458-462.

Шевченко Ю.Ю. 2008а. Ближневосточные образцы раннесредневекового пещерно-храмового строительства юга Восточной Европы  // Христианство в регионах мира. Вып. 2 / Отв.ред. Т.А. Бернштам, А.И. Терюков. СПб.: МАЭ РАН, 2008, с.151-207.

Шевченко Ю.Ю. 2009. О египетских элементах в христианском храмовом престоле // Проблемы истории Центральной и Восточной Европы / Под ред. С.И. Михальченко, В.Н. Гурьянова. Брянск: Изд-во Брянского ГУ, 2009 (194 с.). С.162-169.

Шевченко Ю.Ю. 2010. «Литургическая археология» и раннесредневековая датировка некоторых пещерных храмов Восточной Европы // РА, 2010 (в печати).

Ювалова Е. 1987. Западноевропейское искусство раннего средневековья и романской эпохи // Очерки истории искусства / Под ред. Н.Е Григоровича и Г.Г. Поспелова. М., 1987. С.360-399.

Юрочкин В.Ю. 2002. Происхождение склепов Центрального и Юго-Западного Крыма: Боспор или Кавказ? // Боспорский феномен: Погребальные памятники и святилища. Материалы Международной научной конференции. Ч. II, СПб., 2002. С.125-137.

Gibson Shimon. 2005. The Cave of John the Baptist: The First Archaeological Evidence of the Historical Reality of the Gospel Story (Paperback). ISBN-10: 0385503482; ISBN-13: 978-0385503488. London, 2005. 416 p.

Tsafrir Yoram. 2003. The Loca Sancta and the invention of relics in Palestine from the fourth to seventh centures: their impact on the ecclesiastical architecture of the Holy Land // Восточнохристианские реликвии / Ред.-сост. А.М. Лидов. М., 2003, p.56-76.

 

 

НА СТРАНИЦУ Ю.Ю.ШЕВЧЕНКО

НА СТРАНИЦУ А.Н.УМАНЦА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский