РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

Источник: Шевченко Ю.Ю. О формах древнейшего христианского храмового престола (по материалам пещерного монастыря Чилтер-коба в Крыму). В кн.: «Полевые исследования МАЭ 2009 года». СПб, 2010. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» автором. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2011 г.

 

 

 

Ю.Ю. Шевченко

 О ФОРМАХ ДРЕВНЕЙШЕГО

ХРИСТИАНСКОГО ХРАМОВОГО ПРЕСТОЛА

(по материалам пещерного монастыря Чилтер-коба в Крыму)

 

Главенство основного храмового литургического устройства  [Гайдуков 2009:52-53] - престола, как средоточия всего, что в современном христианском мире называют храмом, не требует каких-либо доказательств. Центральное место престола в алтаре, обрамленное жертвенником с севера и  диаконником с юга, нуждается в изучении генезиса этого центрального  элемента священного топоса – храмового наоса, в его основополагающей – алтарной части [Mathews 1980; Mango 1985; Шмеман 2004]. Уже отмечалось [Шевченко 2008; он же 2009а], что в самые ранние – первохристианские времена престол и жертвенник были единым объектом [Голубцов 1995:67-68; Беляев 2000:175], составляя синонимы к самому термину алтарь, что следует из анализа посланий ап. Павла (1 Кор. 11:18, 20-22, 33-34; 14:34-35; Римл. 16:3-4; Колос. 4:15; Филим. 1:2), сообщений Игнатия Богоносца, Тертуллиана и Откровения (11:1-2) ап. Иоанна Богослова. Вывод из такого анализа подтверждают Постановления Апостольские в записи Ипполита Римского середины III в., свидетельствующие, что «храм Божий… состоит из трех частей: жертвенника (алтаря, престола – Ю.Ш.), места для поклоняющихся (наоса, - Ю.Ш.) и внешнего двора или преддверия» (нартекса, - Ю.Ш.) [Голубцов 1995:67-68, 70, прим.2].

Рис.1. 1. Схема «Крестного пути» (Via Dolorosa) Христа на Голгофу в Иерусалиме и позиция пещерного храма на «станции № 6» («Остановка у дома Вероники»). 2. Алтарь пещерного храма в Иерусалиме (Палестина) «станции № 6» («Дом Вероники») по Via Dolorosa.

Наиболее ранние христианские храмы Ближнего Востока [Wilkinson  1978:110; ibid. 1981:49-50; Berder  1988:10-31; Taylor 1993:241-242] с единым литургическим устройством, примыкающим к алтарной стене (совмещающие функции престола и жертвенника), характерны для древнейших времен, и функционируют уже в IV в. [Taylor 1993; Taylor, Gibson 1994; Gibson 2005]. К таким относятся пещерная  церковь («Плат Вероники») на «Станции № 6» по Via Dolorosa в Иерусалиме (рис.1:1,2),  пещерная крипта храма Рождества Богородицы в доме праведных Иоакима и Анны у «Львиных (Овчих) ворот» Иерусалима (рис.1:3), приделы «Голгофа» и «Темница Христова» (рис.2) Иерусалимского храма Гроба Господня.

Рис.1. 3  Алтарь древнейшей византийской крипты в подземной церкви Рождества Богородицы в доме праведных Иоакима и Анны в начале улицы Виа Долороса у Львиных ворот Иерусалима (Палестина). Икона, поставленная на мензу (поверхность) престола, частично перекрывает сквозное отверстие в поверхности престольной плиты. Ниша-аркасолий справа от престола, в «южной» стене пещерного храма Рождества Богородицы (где по Преданию стояли ясли младенца Марии).

Рис.2. Придел «Темница Христова» в Воскресенском храме Гроба Господня (справа). Древний ранневизантийский престол придела «Темница Христова» (слева). Иерусалим, Палестина

 

Выделение жертвенника, как самостоятельного литургического устройства, может быть связано со сложившимся в самые ранние первохристианские времена институтом диаконис. Обособление жертвенника в качестве самостоятельного литургико-архитектурного (террактурного[1]), или архитектурно-канонического элемента храма соответствует отделению процесса подготовки Святых Даров, находящегося в ведении диаконисы (диакона), от непосредственного их преосуществления в Тело и Кровь, свершаемых архиереем или иереем. Как следует из анализа жития Саввы Освященного, выполненного проф.А.П. Голубцовым [1995:50-51], уже к 473 г., во время обретения преп. Саввой пещерного храма, жертвенник является отдельным архитектурным (террактурным) элементом храмового пространства, а «на восточной ее (церкви, - Ю.Ш.) стене находится выступ (κογχη)» - престол древнего типа. К северу (слева) от престола расположено литургическое устройство, названное в Житии преп. Саввы диакоником: «с северной стороны отделение, похожее на диаконик» [Голубцов 1995:51; Шевченко, Уманец 2006:59-71], что соответствует древней литургической практике подготовки Святых Даров в жертвеннике именно диаконисами или диаконами.

Рис.3. Вид на алтарь с примыкающим к внутренней стене престолом (1), и вынесенную в наос - за пределы ограниченного космитом (предалтарной преградой) алтарного пространства – нишу жертвенника (2). Пещерная церковь № 9 в Гёреми, Каппадокия, Малая Азия (Турция).

Рис. 4. I. План пещерного храма «Донаторов» с престолом (1) и нишей жертвенника (2), Эски-Кермен, Крым.  II. Реконструкция И.Г. Волконской алтарной части с престолом (1) пещерного храма «Успения» в Эски-Кермене (2 – ниша жертвенника), Крым.  III. Вид на литургическое устройство престола (1) и жертвенника (2) у космита – предалтарной преграды (3) в храме «Донаторов» в Эски-Кермене, Крым.

Жертвенник, ставший  обособленным архитектурно-каноническим объектом, не мог не повлиять на выделение и обособление самого алтарного пространства, как это имеет место в пещерной церкви № 9 в Гёреми (рис.3) в Малоазийской Каппадокии. И в этом плане, правомерно обращение к богатейшему материалу Крыма [Эрнст 1929; Репников 1935; Веймарн, Репников 1935; Веймарн 1958; Веймарн, Чореф 1978; Даниленко 1993; Герцен, Могаричев 1993; Могаричев 1997; Гайдуков 2002], где известна целая серия подземных храмов, с престолом древнего типа, выполненного в виде выступа стены апсиды в объем алтаря. Таковы подземные церкви Инкермана (храм Евграфия и др.), храм № 4 Чилтер-Марморы (рис.4:I), храм № 2 Шулдана, храмы «Успения» (рис.4:II) и «Донаторов» (рис.4:III) Эски-Кермена, Георгиевский на Фиоленте  [Могаричев 1997: 113, 144-151, 213-263, 382, рис.4:3-7,40,41,49,154,185,189,198,356], и некоторые другие. Престолы этих храмовых террактур Таврики и их литургические особенности [Виноградов, Гайдуков, Желтов 2005:72-80; Гайдуков, Желтов 2006:76-85] те же, что и в «аркасолиях с погребениями мучеников», исполнявших функции престолов в помещениях крипт и кубикул Римских катакомб (рис.5:I), используемых в качестве наиболее ранних  подземных молелен и мест служения литургии [Фрикен  1872:61; Струков 1872:5, прим.8; он же 1876; он же 1879; он же 1882; Христианство 1993:698; Порфирий 1996; Беляев 2000:96, 108, прим.40].

Рис.5. II. Рельеф с изображением священника за престолом (престол отделен от стены апсиды, в соответствии с правилами литургии по чину Василия Великого: служба «вокруг престола»), и диакона в позе молитвы («оранта») с воздетыми руками. V в.н.э. Музей коптского искусства. Каир, Египет. I. Погребальная кубикула а катакомбах св. Агнессы. Рим, Италия. Верхний, наиболее древний ярус христианских погребений. Существовал до углубления пола, с целью создания дополнительных погребальных локул – несколькими уровнями ниже – друг над другом. Наиболее древние погребения с мощами, служившие престолами, оказывались ближе всего к своду. 

В связи с введением практики литургии по чину Василия Великого, проводившейся вокруг престола [Шмеман 2004], в храмах Константинопольской архиепископии уже с начала V в. престол занял позицию в центре алтарного пространства, что быстро распространялось в Церквях и общинах (рис.5:II), так или иначе связанных с Константинопольским патриархатом. Обособление жертвенника, его разделение с престолом, произошло до этого, - в очень древних храмах IV - VI вв. [Frend 1996:149-150], где престол еще примыкал к алтарной стене.

После ликвидации института диаконис, жертвенник в храмах выносился в наос, за пределы алтарного пространства [Муравьев 1846:208], либо непосредственно к рубежу алтаря, доступному для всех верующих из наоса, – к космиту (предалтарной преграде), как за пределы алтаря вынесен жертвенник в упомянутой Каппадокийской пещерной церкви (см.рис.3:2) [Jolivet-Levy, 1991], или в храме «Донаторов» в Крымском Эски-Кермене (см.рис.4:III:3) [Гайдуков 2002:71-75; Виноградов, Гайдуков, Желтов 2005:72-80].

Рис.6. I. Вид (2005 г.) на пещерный монастырь во имя св.вмч. Феодора Стратилата (Чилтер-Коба) в склонах отрога Внутренней гряды Крымских гор – Ай-Тодора. II. План храмовой пещеры на Ай-Тодоре (Чилтер-Коба): А - по Н.И. Репникову и Е.В. Веймарну (1935); В - по В.Н. Даниленко (1993). 1: Престол. 2: Полка жертвенника. 3: Крипта. 4: Купель баптистерия. 5: Погребальные ниши-стасидии. 6 (условное обозначение): Неровности пола, свидетельствующие о выделении «около престольного» пространства (типа кивория, моделировавшего первоначальный Кувуклий в храме Гроба Господня в Иерусалиме).

В отличие от упомянутых памятников, как чрезвычайно древний архитектурно-канонический элемент, сформирован престол (рис.6:II:1) в алтарном пространстве (рис.6:II) Свято-Феодоровского (Ай-Тодорского) храма в пещерном монастыря Чилтер-Коба, вырубленного в склоне горного мыса Ай-Тодор (рис.6:I), еще раз обследованного автором в 2009 г. Выраженное полукружие внутренней апсиды  соответствует пространству алтаря (рис.6:II:1-5), четко отграниченного нишами-аркасолиями (рис.6:II:5) от пространства наоса («место для поклоняющихся»), соотносит эту пещерную церковь с подземными храмами «с выраженным алтарным пространством, без нартекса» (рис.7:III), выделенными Георги Атанасовым [Атанасов 1992:79-84; он же 1993:61-73; он же 1994:51-57, 69, табл.V:18], как храмы «каппадокийской традиции».

Рис7 (I,II). Храм в Кеслек Келези (№ 1), и храм (№ 5) в Гёреми. Каппадокия, Турция.

В отличие от вошедших в таблицу Г. Атанасова  храмов с престолом по центру алтаря, имеется множество пещерных храмов, в том числе - в  Каппадокии, «с развитым алтарным пространством, без притвора», но с престолом древнего типа, примыкающим к алтарной стене (рис.7:I,II:1). Алтарь в пещерном храме № 1 в Кеслик Келези, как и в Гёреми (№ 5), отделен от наоса космитом - предалтарной преградой (рис.7:I,II:3); жертвенник подземного храма в Кеслике вынесен в наос (рис.7:I:2), как в Геремской церкви № 9 (см.рис.3), а в Гёремской пещерной церкви № 5 жертвенник размещен прямо на предалтарной преграде (рис.7:II:2), как в храме «Донаторов» (см.рис.4:III:2) в Крымском Эски-Кермене. Это не единичные случаи, а проявление достаточно массовой литургической практики, но не  географической – «малоазийской» («каппадокийской»), поскольку подобным образом сформировано околопрестольное пространство в очень ранних храмах Таврики (см.рис.4:I,III), Египта [Шевченко 2008; он же 2008а:458-462], Италии (местечко Моттолла близ г.Бари; Паоло в Сицилии), Подонья и Поднепровья [Шевченко 2006; он же 2006а; он же 2009а] и Ближнего Востока [Шевченко, Уманец 2006:59-71]. Таковы каноны первохристианской литургической практики, имеющей хронологические рамки, обусловленные ранней фазой развития и нуждами литургики первохристианских времен.

Рис.7. I. Вид на алтарь с престолом (1), отделенный от наоса космитом – предалтарной преградой (3) и жертвенником, вынесенным в наос (2) в пещерном храме (№ 1) в Кеслик Келези. Каппадокия, Турция. II. Вид на алтарь с престолом (1), отделенный от наоса космитом – предалтарной преградой (3) и жертвенником, размещенным прямо на алтарной преграде, на границе алтаря и наоса (2) в пещерном храме (№ 5) в Гёреми. Каппадокия, Турция. III. Планы пещерных храмов «каппадокийской традиции», по Георги Атанасову [1994. С.69, табл. V]: 1: План пещерной церкви В-3 в Мурфатларе; 2: План скальной церкви в Гюз-Дере, Каппадокия; 3: Пещерная церковь в Мангупе, Южный монастырь, Крым; 4: План пещерного храма в Шулдане, Крым (у Г.Атанасова здесь ошибка: это храм св.Софии в Качи-Кальене [Ср.: Могаричев Ю.М., 1997, с.342, рис.302]).

С точки зрения литургики, алтарь пещерного храма на горном мысу Ай-Тодор (Чилтер-Коба) близок планиметрии древненйших первохристианских храмов Ближнего Востока: его престол и жертвенник представляют некое пространственное единство. Ниша жертвенника (рис.8:I,II:2; см.рис.6:II:2) в Чилтер-Кобе  непосредственно примыкает к сохранившейся поверхности древнего престола (рис.8:I,II,IV:1; см.рис.6:II:1). Она представляет собой полку с углубленным дном, в виде чаши (рис.8:II:2). А рядом, впритык к жертвеннику, расположена высеченная в скальном грунте костница-кимитирий (рис.8:I-III:3; см.рис.6:II:3). Эта крипта, по сути, иллюстрирует слова Апокалипсиса (Откр.6:9): «Под жертвенником души убиенных за слово Божие». Соответственно этому, дно крипты-кимитирия углублено по отношению к уровню поверхности всего алтарного пространства пещерного храма Чилтер-Коба (рис.8:III).Такое размещение погребального места освящает алтарь, и прообразует функции древнего жертвенника в литургии - подготовку Святых Даров, что предшествует функциям самого престола: непосредственное преосуществление хлеба и вина в Тело и Кровь.

Рис.8. I. Алтарное пространство пещерного храма на горном мысу Ай-Тодор по В.Н. Даниленко (1993). II. Околопрестольное пространство в алтаре пещерного храма Ай-Тодор (фотография В.Н. Даниленко, 1993). III. Ниша-крипта (кимитирий в апсиде (алтаре) Ай-Тодорского (Свято-Феодоровского) храма. IV. Современный вид (07.07.2009) древнего престола в  пространстве апсиды (алтаря) в Ай-Тодорском храме (Чилтер-Коба). Крым. Экспликация. 1: Возвышение престола, примыкающего к внутренней стене апсиды. 1’: Полка престола с углубленным чашеобразным дном (аналог стационарной напрестольной чаши - потира). 1’’: Сток от «престольной чаши» в резервуар у подножия алтаря. 1’’’: Углубление для ковчежца с закладными мощами. 2: «Чашеобразная» ниша жертвенника. 3: Устье крипты-кимитирия, примыкающей к нише жертвенника. 3’:  Углубленный уровень пола (по отношению к уровню пола алтарного пространства) крипты-кимитирия. 4: Купель баптистерия в апсиде (алтаре).

Рис.8 III. 3’: Устье крипты-кимитирия, примыкающей к нише жертвенника.

Поверхность жертвенника в алтаре Чилтер-Кобы сформирована как углубление чаши (рис.8:I,II:2), и точно так же устроена та часть престола (рис.8:I,II,IV:1''), которая примыкает непосредственно к жертвеннику. В престоле наличествуют два желоба-слива от верхней углубленной поверхности, до желоба-резервуара (рис.8:II,IV:1''), по которому освящаемая жидкость (вино?) стекала прямо к  подножию престола. Наблюдаемая картина сопряжения двух основных литургико-архитектурных (литургико-террактурных) компонентов храма (рис.8:II,IV:1',1'',2), непосредственно примыкающих друг к другу, заставляет предполагать, что процедура преосуществления (освящения Святых Даров) выглядела следующим образом:

Диакон или диакониса, черпая, переливали вино из «чаши жертвенника» (рис.8:II:2) в «чашу», высеченную в престоле (рис.8:II,IV:1'). Над стекающим из этой «напрестольной чаши» по престольному желобу (рис.8:II,IV:1''), освящаемым вином, простирались руки «носителя благодати» - апостола, епископа, или пресвитера-иерея («через возложение рук Апостольских подаётся Дух Святой», - Деян.8:18), читавшего в это время молитву Господню, поскольку Самим Христом было сказано: «молитесь же так» (Мф.43:5; Лк.11:2; Мк.11:25). С рубежа I-II вв. вместо «Господней молитвы» могли использовать «евхаристическую молитву» (анафору) из «Дидахе» (гл.IX): «Как этот хлеб, рассеянный некогда, будучи собран, стал одним, так да будет собрана Твоя Церковь от пределов земли в Твое Царство», как использовали ее в конце IV в. в Каппадокии (см.: Псевдо-Афанасий, «О девстве», гл. 12-13). Это были своеобразные импровизационные анафоры, при которых происходило преосуществление вина и хлеба. Таким образом, стекавшее по желобам престола вино  пресуществлялось в Кровь, составляя неотъемлемую часть Святых Даров.

В непосредственной близости от описанного углубления в поверхности престола, - своеобразной «стационарной напрестольной чаши» (стационарного потира), - размещена и выемка для закладки реликвий (рис.8:II,IV:1'''), освящавших престол (не исключено, что с наиболее ранних – апостольских времен, таковыми являлись частички хлеба уже преосуществленные «возложением рук Апостольских» в Тело).

Рис. 8. II. Древний престол пещерного храма Чилтер-Коба. Крым.

Рис.9. II. Храм-пещера на о. Патмос. Вид на древний престол (1) и жертвенник (2) храма. Снимок сделан фотографом Г.Р.Свэйном (G.R.Swain) в составе экспедиции Мичиганского университета под руководством Фрэнсиса В. Келси (1919-1920). Негатив храниться в Келсианском Археологическом музее при Мичиганском университете в Энн Арборе (штат Мичиган, США) [Thelma 1990: Neg.7.389].

Рис.9. Вид престола (1), предназначенного для пролива жидкости и жертвенника (2) с чашеобразным углублением и желобом слива, в пещере Иоанна Богослова на о.Патмос. Снимок (II, III) сделан фотографом Г.Р.Свэйном (G.R.Swain) в составе экспедиции Мичиганского университета под руководством Фрэнсиса В. Келси (1919-1920). Негатив храниться в Келсианском Археологическом музее при Мичиганском университете в Энн Арборе (штат Мичиган, США) [Thelma 1990: Neg.7.389].

Оставшаяся поверхность престола (рис.8:I,II:1; см.рис.6:II:1) является двумя наклонными плоскостями: отрезок плоской, слегка наклоненной спиральной ленты (рис.8:I.II:a; см.рис.6:II:a), примыкающей к стене апсиды, и внутренняя поверхность сектора конуса (рис.8:I,II:b; см.рис.6:II:b), с вершиной у основания престола на полу. Возможно, на наклонной в виде отрезка спирали полке располагали хлеб, преосуществляемый в Тело Христово.

В алтарном пространстве Свято-Феодоровского (Ай-Тодорского) храма размещен и баптистерий (рис. 8:I:4; см.рис.6:II:4). Крещение и мужчин, и женщин в пространстве алтаря, как и сослужение иереям диаконис возле жертвенника в том же алтарном  пространстве, свидетельствует о значительной древности формирования литургических устройств Ай-Тодорского пещерного храма (Чилтер-Кобы), до появления чина литургии, составленной Василием Великим. Неровности пола вокруг престола (см.рис.6:II:6), могут свидетельствовать о более позднем выделении самого близкого околопрестольного пространства, как собственно алтаря, при ликвидации института диаконис. Оно могло формироваться V-VII вв. так, как обустроен алтарь в «храме с баптистерием» Тепе-Кермена [Могаричев 1997:355-362] возможно, имитирующего первоначальный Кувуклий в Воскресенском храме Гроба Господня (Анастасисе) в Иерусалиме [Шевченко, Богомазова 2008:120-134; Шевченко 2008:169-171].

Рис.9. I. Пещера-храм апостола Иоанна Богослова на о.Патмос (Греция). Деталь: Престол под антиминсом в храмовой пещере о. Патмос. Современный вид. Фотография М.В. Соболевой, 2005 г.

Почти полной, и древнейшей аналогией престолу Чилтер-Кобинского храма в Тавриде представляется такой же объект в пещере на Патмосе (рис.9,I), принадлежавшей ап. Иоанну Богослову [Дмитриевский 1892:326-492]. Эта знаменитая «пещера Апокалипсиса» на о. Патмос (рис.9,II), к которой уже при жизни свт. Иринея Лионского (130-202 гг.), бывшего учеником ученика Иоанна Богослова (свт. Поликарпа Смирнского, +155 г.), - относились как храму [Фаррар 1891:62-83; Аверинцев 1991:549-551]. Престол, занявший уступ, бывший в 81-96 гг. I в.н.э. «лежанкой» («сидением») Апостола, сформирован для «пролива» по нему жидкости (рис.9,II,III:1), а жертвенник, тоже имеющий чашеобразное углубление (рис.9,II,III:2), расположен в непосредственной близости от престола, составляя с ним единство самого литургического объекта, как в храмовой пещере Чилтер-Кобы.

Очень близкую аналогию Чилтер-Кобинскому престолу представляет и  древняя апсида подземного храма Успения в пелопонесском пещерном монастыре Успения Богородицы – «Мега Спилеон», основанном для рельефной иконы Богоматери свв. Феодором, Симеоном и Екатериной около 462 г. По Р.Х. [Шевченко 2009:71-101] 1*.

Рис.9а. Древняя апсида в «Мега Спилеоне» у г. Калавриты. Пелопоннес, Греция. 1.- Престол. 2.- Жертвенник.

Отмеченный выше гипотетический фрагмент в чинопоследовании древнейших форм литургии, подтверждается и иными литургическими объектами. Рядом с пещерами Ай-Тодорского монастыря (Чилтер-Коба), возле истока священного (и для христиан, и для мусульман) родника Хор-Хор, под скальным навесом устроена купель (рис.10:Ia), функционировавшая и поддерживаемая в порядке еще в XIX веке. Купель окаймлена крупными глыбами (0,7-1,2 тонн), с небрежно затесанными, но с ровными поверхностями, образующими небольшую площадку (рис.10:Ib). Интерес представляют два камня (рис.10:II), уложенные на кромке площадки у края балкона над ущельем, куда стекает ручей. Они несколько приподняты над поверхностью каменной вымостки у купели.

Обнаруженные камни, с высеченными на поверхности деталями, не были упомянуты в материалах первых значительных натурных исследований Чилтер-Кобы [Веймарн, Репников  1935:124-125]; не попали в поле зрения исследователей при многочисленных визуальных осмотрах памятника во все послевоенные годы [Веймарн 1958:79; Воронин, Даниленко 1992:169-177]; и не стали предметом изучения во время многолетнего полевого изучения пещерного монастыря на Ай-Тодоре [Даниленко 1993:99,102-103,349-367].  Возможно, этот памятник был вскрыт и освобожден от напластований при переоборудовании купели (и постройке новой стены) монахами возобновленного Свято-Феодоровского (Ай-Тодорского) пещерного монастыря в 2008 г., поэтому летом 2009 г. описанные камни зафиксированы и интерпретированы впервые.

Рис.10. I. Купель у родника Хор-Хор возле пещерного комплекса Чилтер-Коба, с горизонтальной вымосткой из крупных каменных глыб и достроенной современной стеной (а). II. Два камня с литургическими устройствами у края вымостки - террасы возле купели у источника Хор-Хор. III. Состыковка двух камней с литургическими устройствами на краю вымостки – террасы у источника Хор-Хор в Чилтер-Кобе под скалой «Серый Лоб» у склонов горного мыса Ай-Тодор. Экспликация (I-II).  а:  Новопостроенная стена на горизонтальной вымостке из крупных каменных глыб. Экспликация (II-III). 1: Цилиндрическое углубление в коническом возвышении поверхности первого камня, соединенное горизонтальным отверстием со сточной желобком-канавкой (2). 2: Сточный желебок (2’: Желобок стока к ложбине стока на втором камне). 3: Квадратное (ромбическое) углубление-резервуар, со сточным каналом (2’) к краю камня. 4: Сток на поверхности второго камня, направляющий стекающую жидкость к неглубокому квадратному в плане резервуару-чаше (5). 5: Резервуар-чаша для собирания стекающей жидкости на втором камне.

Рис.10. I. Купель у родника Хор-Хор у пещерного комплекса Чилтер-Коба; горизонтальная вымостка из крупных каменных глыб (справа) у купели и достроенная современная стена.

Рис.10.  II. Два камня с литургическими устройствами у края вымостки - террасы возле купели у источника Хор-Хор. III. Состыковка двух камней с литургическими устройствами на краю вымостки – террасы у источника Хор-Хор в Чилтер-Кобе под скалой «Серый Лоб» у склонов горного мыса Ай-Тодор.

Первый камень обтесан неровно: на его уплощенной поверхности оставлено возвышение в виде невысокого конуса в одном из углов (рис.10:II,III:1). В вершине конуса выдолблено углубление (d=10-15; h=15-16  см) в виде цилиндра (рис.10:III:1), у сферического дна которого, просверлено отверстие к уплощенной поверхности камня, где начинается желоб (рис.10:III:2), проложенный в виде канавки по поверхности и продолжающийся у самого края камня (рис.10:III:2'). Желоб от  цилиндрического углубления выходит в квадратное в плане и линзовидное в сечении углубление (рис.10:III:3), примерно такого же объема, что и первое (150-170 см3). Из квадратного углубления желоб пробит к обрезу камня (достаточно ровно выполненному), состыкованного с таким же обрезом второго камня.

Рис.10. III.  Два камня с литургическими устройствами у края вымостки - террасы возле купели у источника Хор-Хор. Состыковка двух камней с литургическими устройствами на краю вымостки – террасы у источника Хор-Хор в Чилтер-Кобе под скалой «Серый Лоб» у склонов горного мыса Ай-Тодор.

Желоб (рис.10:II:2') из квадратного углубления первого камня, подходит к его обрезу, для стока жидкости в конусообразное углубление (рис.10:II:4) второго камня. Этот вытесанный на поверхности второго камня  конусообразный в плане неглубокий желоб (рис.10:II:4) выводит стекающую жидкость в квадратное в плане, широкое (30-32 – 40-43 см), но неглубокое - линзовидное в сечении, углубление (рис.10:II:5). Последний желобок предназначен для стекания жидкости за пределы камня. Поверхности камней имеют легкий наклон, обеспечивающий работу всех углублений и желобов в качестве целостной, проточной системы.

Думается, у источника Хор-Хор расположен выносной каменный престол, оборудованный литургическими устройствами для освящения вина, сходный по проточной системе чашеобразных углублений и желобов с престолом в храмовой пещере Чилтер-Кобы (Ай-Тодорском храме). Аналогичные стационарные «водосвятные чаши» [Димитриiй 1995:127] в раннем средневековье высекались на поверхности выносных камней-престолов (рис.11:I). Такие литургические устройства правильнее было бы называть стационарными потирами. Их происхождение связанно с ранневизантийскими литургическими объектами, - камнями-престолами, где подобные углубления для освящения жидкости также образуют проточную систему.

Рис.11. Ia. Выносной каменный престол с высеченной «водосвятной» чашей в форме креста, расположенный перед входом в пещерную «божницу». Село Монастырек (Межигорье) над Серетом. Тернопольская область, Западная Украина. Фото И.С. Винокура, 1974 г.

Рис.11. II. Объем водосборной цистерны раннежелезного века у Иерусалима (Saba cave), в которой в первохристианские времена был устроен храм-баптистерий (по представлениям исследователя – проф.Саймона Гибсона). Вид от каменной лестницы, ведущей в христианский храм ранневизантийского времени с поверхности. 1: Камень-престол с углублениями «литургических устройств», являющийся частью кладки каменной лестницы. 2: Камень с высеченной в нем купелью (баптистерий), вложенный в кладку уступа у стены подземного храма.

Рядом с камнями, отождествленными с выносным престолом «проливного» типа (см.рис.10:II), должен бы размещаться жертвенник. Таким образом, три камня слагались в «тринитарный» символ: два камня на которых размещена  проливная система престола - из микро-купелей и проточных желобков, и примыкавший к ней камень чаши-жертвенника. К сожалению, камень-жертвенник попал под надстройку новой стационарной стены, оградившей купель баптистерия (см.рис.10:II). При наличие престола, навес скалы «Серый лоб», где размещается купель источника Хор-Хор (см.рис.10:Ib), не может рассматриваться иначе, нежели храмовое алтарное пространство с наличием здесь крестильного баптистерия. Подобные баптистерии располагались именно в пространстве алтарных апсид древнейших христианских храмов IV в., как в палестинской «Северной церкви» Авдата [Беляев 2000:57, рис.].

Рис.11. III. «Камень-“следовик”» (1) - престол подземного храма, устроенного в водосборной цистерне раннежелезного века возле Иерусалима (Палестина). Квадратное – ромбовидное (2) углубление на камне соединено ложбинкой водотока с углублением в виде следа человеческой стопы (3) – «следа Иоанна Крестителя», которому посвящен ранневизантийский храм. Рядом с углублением «следа Иоанна Крестителя», для масштаба – стопа проф. С.Гибсона.

Храмовая пещера-цистерна (рис.11:II) Saba Cave, раскопанная возле Иерусалима профессором из Великобритании Саймоном Гибсоном [Gibson  2005], использовалась, как считает исследователь, в качестве раннехристианского  баптистерия в IV-VI вв. Есть основания полагать, что она использовалась в это время еще и как храм [Шевченко 2008:152-155, рис.4] для служения литургии. Судя по наличию обособленной купели, высеченной из монолитного каменного блока (рис.11:II:2), никак не связанный с этой купелью массивный камень, вделанный в кладку лестничных ступеней, и выступающий из нее (рис.11:II:1,III), является престолом. Крестчато-квадратное углубление на его поверхности (рис.11:III:2), соединено проточным желобом со «следом Иоанна Предтечи» - с углублением в виде следа человеческой стопы (рис.11:III:3), и свидетельствует об абсолютной - литургической необходимости протекания жидкости (вина) по поверхности камня-престола. Такая необходимость могла быть вызвана лишь потребностями чина  преосуществления вина в Кровь, при использовании «реликварных характеристик» упомянутого следа-углубления («стопы Иоанна Предтечи»). Связь камня-престола со ступенями, выполнявшими еще и функции синтрона, только подтверждает его престольный характер.

Не эта ли фаза (освящение проливанием по престолу) в древнейшем последовании литургии стала истоком для «Чина омыти мощи святых или како воду с креста пити» (Мусин 2005:366-368,373-374,379-381; ср.:384), поскольку подобная фаза литургии могла прообразовывать и «чин водосвятия», и «чин елеосвящения» вообще? Очень вероятно, что камень-престол у священного источника Хор-Хор, сохранившийся с ранневизантийского времени, был оставлен до позднесредневековых времен в качестве специфического «освятительного устройства».

Рис.11. IV. Поверхность (менза) престола с чашеобразным углублением (справа) и сквозным, «пронимальным» отверстием (слева) в приделе возле Голгофы (пещера Адама) в Воскресенском храме (Анастасисе) Гроба Господня (т.н. «Временные колодки Христа», справа от входа в «Темницу Христову»). Иерусалим, Палестина.

В наиболее древних престолах ранневизантийского времени, в плите мензы, служившей поверхностью престола (бывшей столешницей над погребениями святых в катакомбах Рима) [Голубцов 1995:84-86], - наличествуют два отверстия: одно в виде чашеобразного углубления, второе – сквозное (рис.11:IV,V). Такое литургическое устройство предполагало не только пребывание вина в «стационарном потире» чашеобразного углубления, и его проливание сквозь отверстие в поверхности престола (что соответствовало протеканию освящаемого вина по поверхности престола в  чашеобразное углубление, или из него), в процессе преосуществления Святых Даров. Второе - сквозное отверстие в престольной плите еще и давало возможность некоего «пронимания» хлеба, преосуществляемого в Тело, посредством пропускания Его через сквозное отверстие в плите-мензе древнейших престолов.

В современной этнографии выделен ряд феноменов, объединенных так называемой «пронимальной символикой» [Щепанская 2003], связанной в первую очередь с «прониманием» младенца, рождающегося на свет (что по необходимости символизируют и начальные фазы процесса литургии, понимаемые как приход в мир Жертвенного Агнца, - его «пронимание» из чрева Богородицы). «Пронимальная символика» охватывает значительную сферу представлений в бытовой, повседневно-обрядовой и даже в магической практиках. Ее широкое распространение именно в христианской среде [Щепанская 2003:149-190], не может рассматриваться вне осевой для всего христианского мира служебной обрядности ранней Церкви. Наличие в поверхностях древнейших престолов отверстий для «пронимания» сквозь них хлеба, преосуществляемого в Тело, ставит вопрос о начальных фазах литургии древнейшей Единой Церкви, предусматривавших «проливание» вина по поверхности престола и «пронимание» сквозь эту поверхность хлеба, в процессе их преосуществления в Кровь и Тело Спасителя.

Рис.11. V. Поверхность (менза) престола с чашеобразным углублением (справа) и сквозным, «пронимальным» отверстием (слева) в приделе «Темница Христова» в Воскресенском храме (Анастасисе) Гроба Господня в Иерусалиме. Палестина.

Таковы наблюдения по некоторым материалам Крыма, которые могут быть дополнены лишь одним: сам объем пещерной церкви Чилтер-Коба (Ай-Тодорского храма), сформирован, как древняя водосборная цистерна. Судя по обработке стен Чилтер-Кобы, она являлась вполне рукотворной пещерой (орудийная обработка наблюдается абсолютно на всех поверхностях  пещерного храма), заложенной по небольшой карстовой полости. По планиметрии пещерная церковь Чилтер-Кобы схожа с храмовым объемом пещерной церкви Мега Спилеон на Греческом Пелопоннесе [Шевченко 2009:80-83], основанной свв. Прокопием, Феодором и их сестрой Екатериной около 362 г.н.э.; схож храм Чилтер-Кобы и с упомянутым храмом Saba Cave под Иерусалимом, исследованным С. Гибсоном (рис.11:II).

Судя по размещению в алтарной части храма и купели-баптистерия, и ниши жертвенника, возникновение пещерного Ай-Тодорского храма не выходит за рамки первой третьи IV в.н.э., соответствуя существованию института диаконис; а время эксплуатации его древнейших литургических устройств лежит в пределах IV - VI столетий [Шевченко 2008:164-166]. Судя по древнейшим престолам: в пределах у Голгофы и в «Темнице Христовой» в храме Гроба Господня (рис.11:IV,V), и подземной церкви Рождества Богородицы в Иерусалиме (см.рис.1:III), - престол Ай-Тодорского (Свято-Феодоровского) пещерного храма в Крыму поставлен до серии упомянутых древнейших престолов Иерусалима, установленных согласно Церковного Предания при августе Елене после Первого Вселенского собора Церкви в Никее (325 г.), и до кончины императора Константина Великого (337 г.).

Уже во времена крестоносцев с 90-х гг. XI в. представления о  литургическом характере этих древнейших престолов были утрачены, в результате чего слагается легенда о «колодках Христа» (где абсолютно не объясняется «чашеобрзность» второго отверстия, в отличие от сквозного – первого – также «колодкой» не являвшегося). Но в результате сложения легенды, как своеобразного (и неверного) «объяснения», упомянутый придел Иерусалимского храма Гроба получает свое наименование «Темница Христова». Аналогично слагается и легенда об «отверстиях», куда «вставляли кресты для распятия», в том числе – Честной Крест Христов (придел «Голгофа»).

Рис.11. VI. «Голгофский камень» с чашеобразным углублением и желобом для пролива жидкости. Иерусалим. Палестина. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Храмовый престол Чилтер-Кобы, как и выносной престол у источника Хор-Хор, не предназначены для «пронимания» хлеба при его преосуществлении в Плоть Христову, как престолы Иерусалимского Анастасиса (рис.11:IV,V); но они имеют все характеристики более ранних престолов предназначенных еще исключительно для проливания по их поверхности вина, при преосуществленнии жидкости в Кровь Спасителя, как подобные функции имел камень-престол со следом стопы, приписываемой Иоанну Предтече (рис.11:III), в пещерном храме возле Иерусалима.

Как алтарь, предназначенный для «пролива жидкости» сформирован престол в крипте Богородицы, высеченной в останце, расположенном в  пещерном храме Успения в Иерусалимской Гефсимании [Шевченко, 2009’:162-169; Шевченко, Уманец, наст.изд.: ил.7-9]. Все это свидетельствует о времени  возведения таких («проливных») престолов в самый ранний период  первохристианских времен II-III вв. н.э. Не исключена связь «проливных» желобов на камнях-престолах с елеосвящением, поскольку обряд миропомазания был непременным атрибутом крещения в Ранней Церкви [Мещерская 1997:158,170,237,244,259-260,334-335,345,359, прим.52].

Хотя наиболее ранняя керамика, обнаруженная на склонах под пещерным комплексом Чилтер-Коба осторожно датирована автором исследований V в.н.э. [Даниленко 1993:102-103,349-367], на уплощенной вершине рядом возвышающегося отрога, расположена Сюйреньская крепость, начальное время существования которой определяется позднеантичным (позднеримским) временем III-IV вв. [Веймарн, Репников 1935:115-124].

Рис. 12. Стена позднримского времени. Сюйренская крепость. Бахчисарайский район Крымской автономии

 В связи с вероятной хронологией устройства престолов Чилтер-Кобы до 325-337 гг., небезынтересным является то обстоятельство, что весь III в.н.э. на юге Северного Причерноморья проходит под эгидой гото-римских войн, а христианское вероучение, в качестве массового явления, как показывает анализ «Церковных историй» Созомена и Филосторгия, - пришло в Крым вместе с пленниками из Каппадокии [Василевский 1909:276, сл.]. Тем более что оба крупных готских похода на Каппадокию 264 г. и 275 г. были предприняты готами с берегов Меотиды, то есть через Боспор [Юрочкин 1999:326-332; Щукин 2005:134-151], а епископ Боспора Кадм вместе с епископом Херсонеса Филиппом уже присутствовал на Первом Вселенском соборе 325 г. (на  Втором, 381 г., – епископ Еферий [Якобсон 1959:28]). «Каппадокийский след» ощущается и в свете приведенных аналогий раннесредневековым пещерным храмам Таврики.

Проникновение египетской идеологии и обрядности в христианство через посредство иудейской традиции, или непосредственно, получает в изложенной версии еще один дополнительный аргумент. Распространение престолов древнего типа (до 692 г.) в Восточной Европе вообще (Белогорье, Шатрише, Костомарово, Мал.Дивы – Подонье), и в славянской среде  в частности (Китаево, Зверинец, Чернигов-над-Подолом – Поднепровье), с элементами, встречающимися исключительно в египетской коптской христианской культуре (Сатанов, - Поднестровье), делают тему актуальной для изучения процесса христианизации славянского мира.

Рис.12. Мыс Ай-Тодор (с пещерным монастырем Чилтер-Коба) с площадки Сюйренской крепости.

 

Размещение основного литургического устройства храма на «южной» (она не строго ориентирована), а не восточной стене, как в пещерном храме Успенского монастыря «Мега Спилеон»  или в Патмосской «пещере Апокалипсиса», где жил ап. Иоанн Богослов, - закономерны, поскольку даже София Константинопольская ориентирована апсидами на Назарет, т.е. - только отклоняется на несколько градусов к востоку, но, в целом, храм имеет южную ориентировку центральной продольной оси.

Резюме

В Ай-Тодорском подземном храме пещерного монастыря Чилтер-Коба в Крыму расположен престол древнего типа (до 692 г.), примыкающий к внутренней стене апсиды, который состоит из проточных систем: чашеобразного углубления и проливного желоба. Вплотную к престолу примыкает жертвенник, с углубленным в виде чаши, дном ниши. Возле расположенного рядом с пещерном комплексом  Чилтер-Кобы священного источника Хор-Хор, обнаружен камень с близкой проточной системой углублений, связанных проливными желобами, также являвшийся выносным престолом. В этих престолах отсутствует сквозное отверстие в мензе (в плите-поверхности престола), как в трех древнейших ранневизантийских престолах Иерусалима: подземном храме Рождества Богородицы, и в приделах Темница Христова и Голгофа храма Гроба Господня, согласно Церковному Преданию, поставленных августой Еленой (326-332 гг.).  Престолы Чилтер-Кобы имеют более близкую аналогию в памятниках II-III вв.(Патмосская «пещера Апокалипсиса») и III-IV вв., - подземный храм Saba Cave близ Иерусалима, где углубления - в виде стопы, приписываемой Иоанну Предтече, и ромбовидного крестчатого в плане углубления-чаши, также соединены проливным желобом, образуя проточную систему. Таковая была предназначена в древнейшем последовании литургии, для проливания вина по престольной поверхности в процессе преосуществления жидкости в Кровь Христа. Поскольку начало лежащей на соседнем отроге Сюйреньской  крепости относится к III-IV вв., а христианство появляется на берегах Тавриды вместе с пленными из Каппадокии, в процессе готских войн (походов через Боспор 264 и 275 гг.), можно отнести становление литургических устройств пещерного комплекса Чилтер-Коба именно к этому времени.

Рис.12. Стена позднего римского времени (III-IV вв.) Сюйренской крепости (слева виден горный мыс Ай-Тодор с пещерным монастырем Чилтер-Коба). Возле села Малое Садовое Бахчисарайского района Крымской автономии 2*

 

2*.  Не оговоренные в подписях - фотографии автора 2009 г., или более раннего времени

 

 

 

Рис.16 в. Вид из пещерного храма Ай-Тодора (Чилтер-Коба) в 2005 г.

Ключевые слова

Литургическое устройство; система стоков для проливания вина по поверхности престола при его преосуществлении в Кровь Христову; примыкающий к апсиде престол древнего типа; Чилтер-Коба; Таврида.

 

Литература

Аверинцев С.С. Иоанн Богослов // Мифы народов мира. Энциклопедия / под ред.С.А.Токарева и др. Т.1(А-К) М., 1991 (671 с.). С.549-551.

Атанасов Георги. 1992. Кападокийски културни влияния в скалната обител при Мурфатлар // Приноси към българската археология. София, I. С.79-84.

Атанасов Георги. 1993. За един старобългарски скален манастир от X-XI век в Централна Молдова // Българите в Северното Причерноморие. Изследования и материали. Том втори. Велико Търново, с.61-73.

Атанасов Георги. 1994. Кримски реалии на единоколрабните църкви без притвор в Добруджа и Източна България през X-XI век // Българите в Северното Причерноморие. Изследования и материали. Том трети. Велико Търново, с.51-69.

Беляев Л.А. 2000. Христианские древности. Введение в сравнительное изучение / сер. «Византийская библиотека». 2-е стереотипное изд. СПб., 575 с.

Василевский В.Г. 1909. Хождение Апостола Андрея // Тр. В.Г. Василевского, СПб.: изд. Имп.Акад.наук, 1909. Т.II, вып.1.  С.232-295.

Веймарн Е.В. 1958. «Пещерные города» Крыма в свете археологических исследований 1954-1955 гг. // СА. № 1. 1958,  с.71-79.

Веймарн Е.В., Репников Н.И. 1935. Сюйренское укрепление // ИГАИМК. Вып.117: Материалы Эски-Керменской экспедиции. М.;Л., 1935.

Веймарн Е.В., Чореф М.Я. 1978. Пещерный ансамбль Чильтер в Крыму // Пещеры Грузии. Тбилиси, 1978,  с.114-144.

Виноградов А.Ю., Гайдуков Н.Е., Желтов М.С. 2005. Пещерные храмы Таврики: к проблеме типологии и хронологии // РА, № 1. С.72-80.

Воронин Ю.С., Даниленко В.Н. 1992. Обстоятельства и время возникновения пещерных монастырей Крыма // Проблемы истории «пещерных городов» в Крыму. Симферополь, 1992.

Гайдуков Н.Е. 2002. Литургическое устройство пещерных храмов юго-западной Таврики (на примере трех пещерных храмов округи пещерного города Эски-Кермен) // Сурож, Сугдея, Солдайя в истории и культуре Украины – Руси.. Материалы научной конференции (Судак, 16-22 сентября 2002 г.) / Под ред. Н.М. Куковальской и др. Киев; Судак, 2002. С.71-75.

Гайдуков Н.Е. 2009. Церковная археология (Краткий словарь терминов). Симферополь: СОНАТ, 2009. 64 с.+25 ил.

Гайдуков Н. Е., Желтов Михаил, диак. 2006. Престолы пещерных храмов Юго-Западного Крыма // Причерноморье, Крым, Русь в истории и культуре: Материалы III Судакской международной научной конференции. Киев; Судак, 2006. Т. 2. С. 76–85.

Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. 1993. Крепость драгоценностей. Кырк-ор, Чуфут-Кале. Симферополь, 1993

Голубцов А.П. 1995. Из чтений по Церковной археологии и литургике. СПб.: САТИСЪ, 1995. 372 с.

Даниленко В.Н. 1993. Монастырь Чильтер-Коба: архитектурный аспект // История и археология Юго-Западного Крыма. Симферополь, 1993,  с.92-367.

Димитрiй, (1995) Патрiарх. Печернi монастирi, скити та келiї у свiтi й Українi // Основа. Київ, No 28 (6). 1995. С.118-134.

Дмитриевский А.  1892. Иоанно-Богословский мон-рь на о. Патмос по сравнению с святогорскими монастырями идиоритмами // Труды Киевской Духовной Академии. № 11. Киев, 1892. С. 326-492.

Мещерская Е.Н. 1997. Апокрифические деяния апостолов. Новозаветные апокрифы в сирийской литературе. М.: «Присцельс», 1997.456 с., 11 ил.

Могаричев Ю.М. 1997. Пещерные церкви Таврики. Симферополь, 1997. 383 с.

[Муравьев А.Н.] Путешествие по святым местам Русским. СПб., 1846. Ч.I. 296 с.; Ч. II. 384 с.

Мусин А.Е. 2005. Святые мощи в Древней Руси: литургические аспекты истории почитания // Восточнохристианские реликвии / Ред.-сост. А.М. Лидов. М., 2003, с.363-386.

Порфирий (Успенский), епископ. 1996. Святыни земли Италийской (Из путевых записок 1854 года). Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. М.,1996.

Репников Н.И. 1935. Городище Качи-Кальен // ИГАИМК. Вып.117: Материалы Эски-Керменской экспедиции. М.;Л., 1935,  с.102-114.

Слукин В.М. 1991. Архитектурно-исторические подземные сооружения. Свердловск, 1991. 285 с.

Струков Д.М. 1872 О древне-христианских памятниках в Крыму. Опыт археологических изысканий. М., 1872. 14 с.

Струков Д. 1876. Древние памятники христианства в Тавриде. М., 1876. 51 с., с илл.

Струков Д.М.  1879. О доисторических памятниках Тавриды. М., 1879. 20 с.

Струков Д.М.  1882. Жития святых Таврических (Крымских) чудотворцев. Изд.2-е. М., 1882. 72 с. 

Фаррар Ф.В. Жизнь и труды святых отцов и учителей Церкви. СПб., 1891. Т.I.

Фрикен А., фон. Римские катакомбы и памятники первоначального христианского искусства. Часть I: Римские катакомбы. М., 1872.

Христианство. 1993. Энциклопедический словарь / Под ред. С.С. Аверинцева и др. М.: «Большая Российская Энциклопедия», т.I, 1993. 863 с.

Шевченко Ю.Ю. 2006. Нижние ярусы подземного Ильинского монастыря в Чернигове, игумены обители и "иерусалимский след" в пещерном строительстве // Археология, этнография и антропологии Евразии. No 1 (25) 2006 (СОАН, Новосибирск), с. 89 - 109.

Шевченко Ю.Ю. 2006а. Символика орнаментаций «Цветной комнаты» Белогорского пещерного монастыря в Подонье // Археологическое изучение Центральной России. Международная научная конференция к 100-летию Всеволода Протасьевича Левенка, Липецк, 2006. С.371-375.

Шевченко Ю.Ю. 2008. Ближневосточные образцы раннесредневекового пещерно-храмового строительства юга Восточной Европы  // Христианство в регионах мира. Вып. 2 / Отв.ред. Т.А. Бернштам, А.И. Терюков. СПб.: МАЭ РАН, 2008, с.151-207.

Шевченко Ю.Ю. 2008а. Планиметрия восточнохристианского пещерного храма раннесредневековой Восточной Европы (VII-XII вв.) // Труды II (XVIII) Всероссийского Археологического Съезда в Суздале 2008 г. Том II. Отв. редакторы: академик РАН А.П. Деревянко, чл.-корр. РАН Н.А. Макаров. М: ИА РАН "Наука". 2008, с.458-462.

Шевченко Ю.Ю. 2009. Домашние святыни: Богородица Пещерная на древнехристианских филактериях // Славянский ход / Отв.ред. Е.А. Резван. СПб – Сургут – Ханты-Мансийск, 2009. С.71-101.

Шевченко Ю.Ю. 2009’. О египетских элементах в христианском храмовом престоле // Проблемы истории Центральной и Восточной Европы / Под ред. С.И. Михальченко, В.Н. Гурьянова. Брянск: Изд-во Брянского ГУ, 2009 (194 с.). С.162-169.

Шевченко Ю.Ю. 2009а. «Литургическая археология» и раннесредневековая датировка некоторых пещерных храмов Восточной Европы // РА, 2010 (в печати).

Шевченко Ю.Ю., Богомазова Т.Г. 2008. Третий Рим – Четвертый Иерусалим  // Христианство в регионах мира. Вып. 2 / Отв.ред. Т.А. Бернштам, А.И. Терюков. СПб.: МАЭ РАН, 2008, с.120-134.

Шевченко Ю.Ю., Уманец А.Н. 2006. Палеоэтнографические данные о формировании традиции христианских подземных святынь, Синай и Палестина // Музей и археологическое наследие России. Сб. научных статей. СПб.: Изд. МАЭ РАН, 2006. С. 59-71.

Шмеман Александр, прот. 2004. Введение в литургическое богословие. - Киев: Пролог, 2004, 230 с.

Щепанская Т.Б. 1999. Пронимальная символика // Женщина и вещественный мир культуры у народов России и Европы Х Отв.ред. Т.А. Бернштам. Сборник МАЭ XLVII. СПб., 1999. С.149-190.

Щукин М.Б. 2005. Готский путь: Готы, Рим и черняховская культура. СПб.: Изд-во Филологического факультета СПбГУ, 2005. 382 с.

Эрнст Н.Л. 1929. Эски-Кермен и пещерные города Крыма // ИТОИАЭ. Симферополь, 1929. Т.III. С.15-63.

Юрочкин В.Ю. 1999. Боспор и православное начало у готов //  Боспорский феномен: Греческая культура на переферии Античного мира. Материалы Международной научной конференции. Декабрь 1999. СПб., 1999. С.326-332.

Якобсон В.Л. Раннесредневековый Херсонес // МИА, No 63. М.; Л., 1959

Berder M. Un Itineraire au Mount des Oliviers // Le Monde de la Bible. 1988. Vol.55. P.10-31.

Frend W.H.C. 1996. The Archaeology of Early Christianity: A History. Minneapolis, 1996. 391 р.

Gibson Shimon. 2005. The Cave of John the Baptist: The First Archaeological Evidence of the Historical Reality of the Gospel Story (Paperback). ISBN-10: 0385503482; ISBN-13: 978-0385503488. London, 2005. 416 p.

Jolivet-Levy C. 1991. Les Eglises Byzantines de Cappadoce: : le programme iconographique de l'abside et de ses abords. Paris: CNRS, 1991. 391 p., 93 f., ill.

Mango C. 1985. Byzantine Architecture // History of World Architecture. New York, 1985.

Mathews Th.F. 1980.  The Early Churches of Constantinopole: Architecture and Liturgy. NJ, 1980.

Taylor Joan E. Christians and the Holy Places: The Myth of Jewish-Christian Origins. Oxford: Clarendon Preess, 1993. 384 pp., 13 pls., 31 figs, 4 maps.

Taylor  J.E., Gibson Sh. 1994. Beneath The Church of the Holy Sepulchre. Jerusalem. London, 1994.

Thelma K. Thomas. 1990. Dangerous Archaeology: Francis Willey Kelsey and Armenia (1919-1920) / Francis Kelsey's Expedition and Armenia (1919-1920): an exhibition presented at the Kelsey Museum of Ancient and Mediaeval Archaeology. September 1990-February 1991.  Kelsey Museum of Archaeology, University of Michigan,  1990. 72 p., illus.

Wilkinson J. 1978. Jerusalem as Jesus knew it. London, 1978.

Wilkinson J. 1981. Peregrinato Aetheriae = Egeria’s Travels: Newly translated with supporting documents and notes. London, 1981.

 

  1. Древний престол в «Темнице Христовой» 2. Вид на престол от входа в «Темницу Христову»

3. Место жертвенника в пещерном храме, названном «Темница Христова». 4. Скамьи в трапезном пещерном храме, названном «Темница христова» (аналогичные скамьям в трапезных каппадокийских пещерных монастырей в Йозккенаке и Каймакли)

Вход в придел «Темница Христова» возле «Голгофы» в храме Гроба Господня. Иерусалим.

 

Престол придела «Темница Христова"

Аналогичный престол в пещерной церковке Рождества Богородицы под домом правед. Иоакима и Анны по ул. Виадоросса у Львиных (Овчих, Гефсиманских) ворот в Иерусалиме. Справа: ниша-аркасолий (по преданию – ниша, где стояла колыбель маленькой Девы Марии).

 

 

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

 

 

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их хранением, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

 

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

доктор архитектуры, профессор

Сергей Вольфгангович Заграевский 

 



[1] Существует введенный В.М. Слукиным [1991] термин террактура, для обозначения подземной архитектуры.